Владислав Туник: хочу сказать болельщикам, что равнодушных в команде нет
Нападающий «Ермака» Владислав Туник в интервью рассказал о себе, своей карьере и как оказался в составе ангарской команды.
— Первые впечатления о хоккее, первые воспоминания, какие они?
— Яркие. Это когда я с братом хожу на тренировки. Он уже играл в спартаковской школе, родители возили его в Сокольники, ну и меня таскали, а куда деваться. Вот я потихоньку и привыкал к хоккею, проникаясь этим делом. Старший брат, у него авторитет был огромный для меня, пацанчика, все было новым, интересным. Ну, а самого отдали лет в шесть. Тогда и началось. Будущее не обсуждалось, так, как оно изначально было известно, я хоккеист, как брат. Мы тренировались не только на крытом катке, но и на открытом воздухе, это было так здорово! Плюс дома с братом на замерзшем озере, и во дворе один на один. Первые шаги оттуда, из детства.
— Первого тренера помнишь?
— Конечно! Игорь Юрьевич Гришин. В спартаковской школе.
— А почему перешел в «Динамо»?
— Брата позвали, а я куда? Тоже перешел, и возить нас было удобно в одну школу, а то одного на Лениградский, другого в Сокольники. А так компактно и все рядом. Да я особо не выбирал, тогда за меня решали.
— Владислав, если бросить взгляд на твою спортивную биографию, то значительный отрезок времени ты провел в «Ростове». Сейчас редко встретишь игроков, которые по несколько сезонов выступают за один клуб. В основном, текучесть неимоверная.
— А так все совпало. И город понравился, южный, большой, красивый. И команда, и тренеры, и эмоций много, положительных, что немаловажно. Отношение к игрокам, и то направление, которое задал тренер в коллективе. Акцент был сделан на североамериканский хоккей. Нас, техничных игроков, поставили в одно звено, и мы дальше сами делали то, что хорошо получалось.
— Творческий подход?
— Вот-вот. Это было похоже на творчество. Нам давали раскрываться в матчах, а это здорово стимулировало. «Ростов» тогда в своей лиге был хорош. Сам тренер Пантелеев играл в НХЛ, Европе, он так видел, и нам не мешал, а направлял. И еще одно обстоятельство. Мне не очень нравилось, как проходят просмотры в некоторых клубах. Формально, на потоке. А приезжать, и по-быстрому, тяп-ляп показывать, что умеешь, потом получать отказ. Не мое. От добра добра не ищут. А там все бегом, на скоряке, на земле. А степень подготовленности? Не искал перемен, все устраивало и в Ростове-на-Дону.
— С братом пришлось поиграть в одной команде, по-моему в Краснодаре. А против выходить приходилось?
— Было. Я играл в «Кристалле» саратовском, и тогда все афиши пестрели «Брат протв брата». Ажиотаж был, подогрели. (Смеется). Он забил, я две забил. Он меня обыграл, когда вышли один на один, пожалел немного меня. С ним тогда тяжело было тягаться, он в хорошей форме был.
— Во время карьеры часто общались?
— Ну, тогда такой возможности, как сейчас не было, только по телефону. Обсуждали проблемы, говорили о многом.
— Есть нападающие разноплановые, им все равно, на какой позиции играть, есть те, кто является приверженцем своего амплуа. Ты в центре пробовал играть?
— Очень давно. Мне с краю привычнее. Там нужно, как следует в защите играть. Уметь это, тяготеть к этому, привыкнуть нужно. Это и ответственность большая. Мне проще и комфортнее в атаке. Конечно, как и все, отрабатываю и в обороне. Ну, когда Родина прикажет, отказаться не смогу. (Улыбается)
— От чего больше радость испытываешь, от гола или от передачи?
— Бывают такие пасы, как вот недавно Антон Вилков мне отдал, что он лучше, чем гол. В таком случае не забить невозможно, это просто партнера обидеть. Там и делать то ничего не нужно, только клюшку подставить, и вот он, гол!
— Замечено, что брака еще много в передачах в самой игре. Где резерв искать, для таких вот пасов-конфеток?
— Это и есть хоккейный IQ, понимание игры. Где, кто и как должен открыться, траекторию шайбы просчитать в доли секунды, найти самую короткую, оптимальную. Это и есть игровая химия. Есть «игровички», а есть те, кто попроще играет. Больше нужно внимания на тренировке уделять, и потом дорабатывать индивидуально. Не все это делают. Отсюда и ляпы такие, и голы обидные прилетают. Бывает, что пришел, и с чистого листа все получается с новым партнером, а бывает, что не бывает! (Смеется)
— Часто в баскетболе слышу от тренеров: «Разговаривайте!»
— Вот это самое важное! Нужно подсказывать напарнику постоянно. Он где-то спиной стоит, ты ему «Здесь, здесь, скинь». Не нужно быть немым, нужно подсказывать, в защите, в атаке. Ошибок тогда будет значительно меньше. Глядишь, в третьем периоде не будем пропускать, и у нас будут те самые, нужные очки. Подсказывать, разговаривать обязательно, это сильно помогает.
— Теперь вопрос, который нужно было с самого начала разговора задать. Как оказался в Ангарске?
— Все просто. Контракт с «Ростовом» закончился, искал варианты, вышел на «Ермак».
— Многих наше расстояние пугает, типа, мы здесь, в Тьмутаракани живем.
— Меня это не останавливает и не пугает. Без разницы, где играть, главное — играть.
— Зато и здесь свои плюсы есть. Красота неимоверная, Байкал.
— Да, я потрясен был. И в первый раз, когда приехал сам в Листвянку, и потом, к командой на пароходе. Понимаю, что увидел маленькую часть всей красоты, но впечатляет. Это стоит увидеть в своей жизни хотя бы раз. Я залез в Байкал секунд на 7-10, выскочил, ощутил такой стресс классный, такое восстановление. Безмерный кайф!
— У нас говорят, кто в байкальскую воду окунулся, то все грехи смыл.
— Значит, и я теперь безгрешен?
— Точно. Владислав, ситуация, в которой сейчас находится «Ермак», волнует и руководство, и болельщиков, и не может оставлять равнодушными и хоккеистов. Что, на твой взгляд, не так? Практически, все матчи «от ножа», и проигрыш в одну шайбу повис, как Дамоклов меч. Это, наверное, самое обидное.
— Все решают мелочи. Мы во многих матчах на равных играем с соперниками, где-то и превосходим их, но, есть какие-то мелочи, которые и становятся решающими. Знал бы рецепт, мы бы побеждали. Мы не равнодушные люди, нас это тоже не устраивает. Мы разговариваем на эту тему, работаем, выходим биться в каждой игре. Для нас другого варианта нет. Я хочу сказать ангарским болельщикам, что равнодушных в команде нет. Мы стараемся, у нас должно получиться, вы, главное — веры не теряйте.
— Яркие. Это когда я с братом хожу на тренировки. Он уже играл в спартаковской школе, родители возили его в Сокольники, ну и меня таскали, а куда деваться. Вот я потихоньку и привыкал к хоккею, проникаясь этим делом. Старший брат, у него авторитет был огромный для меня, пацанчика, все было новым, интересным. Ну, а самого отдали лет в шесть. Тогда и началось. Будущее не обсуждалось, так, как оно изначально было известно, я хоккеист, как брат. Мы тренировались не только на крытом катке, но и на открытом воздухе, это было так здорово! Плюс дома с братом на замерзшем озере, и во дворе один на один. Первые шаги оттуда, из детства.
— Первого тренера помнишь?
— Конечно! Игорь Юрьевич Гришин. В спартаковской школе.
— А почему перешел в «Динамо»?
— Брата позвали, а я куда? Тоже перешел, и возить нас было удобно в одну школу, а то одного на Лениградский, другого в Сокольники. А так компактно и все рядом. Да я особо не выбирал, тогда за меня решали.
— Владислав, если бросить взгляд на твою спортивную биографию, то значительный отрезок времени ты провел в «Ростове». Сейчас редко встретишь игроков, которые по несколько сезонов выступают за один клуб. В основном, текучесть неимоверная.
— А так все совпало. И город понравился, южный, большой, красивый. И команда, и тренеры, и эмоций много, положительных, что немаловажно. Отношение к игрокам, и то направление, которое задал тренер в коллективе. Акцент был сделан на североамериканский хоккей. Нас, техничных игроков, поставили в одно звено, и мы дальше сами делали то, что хорошо получалось.
— Творческий подход?
— Вот-вот. Это было похоже на творчество. Нам давали раскрываться в матчах, а это здорово стимулировало. «Ростов» тогда в своей лиге был хорош. Сам тренер Пантелеев играл в НХЛ, Европе, он так видел, и нам не мешал, а направлял. И еще одно обстоятельство. Мне не очень нравилось, как проходят просмотры в некоторых клубах. Формально, на потоке. А приезжать, и по-быстрому, тяп-ляп показывать, что умеешь, потом получать отказ. Не мое. От добра добра не ищут. А там все бегом, на скоряке, на земле. А степень подготовленности? Не искал перемен, все устраивало и в Ростове-на-Дону.
— С братом пришлось поиграть в одной команде, по-моему в Краснодаре. А против выходить приходилось?
— Было. Я играл в «Кристалле» саратовском, и тогда все афиши пестрели «Брат протв брата». Ажиотаж был, подогрели. (Смеется). Он забил, я две забил. Он меня обыграл, когда вышли один на один, пожалел немного меня. С ним тогда тяжело было тягаться, он в хорошей форме был.
— Во время карьеры часто общались?
— Ну, тогда такой возможности, как сейчас не было, только по телефону. Обсуждали проблемы, говорили о многом.
— Есть нападающие разноплановые, им все равно, на какой позиции играть, есть те, кто является приверженцем своего амплуа. Ты в центре пробовал играть?
— Очень давно. Мне с краю привычнее. Там нужно, как следует в защите играть. Уметь это, тяготеть к этому, привыкнуть нужно. Это и ответственность большая. Мне проще и комфортнее в атаке. Конечно, как и все, отрабатываю и в обороне. Ну, когда Родина прикажет, отказаться не смогу. (Улыбается)
— От чего больше радость испытываешь, от гола или от передачи?
— Бывают такие пасы, как вот недавно Антон Вилков мне отдал, что он лучше, чем гол. В таком случае не забить невозможно, это просто партнера обидеть. Там и делать то ничего не нужно, только клюшку подставить, и вот он, гол!
— Замечено, что брака еще много в передачах в самой игре. Где резерв искать, для таких вот пасов-конфеток?
— Это и есть хоккейный IQ, понимание игры. Где, кто и как должен открыться, траекторию шайбы просчитать в доли секунды, найти самую короткую, оптимальную. Это и есть игровая химия. Есть «игровички», а есть те, кто попроще играет. Больше нужно внимания на тренировке уделять, и потом дорабатывать индивидуально. Не все это делают. Отсюда и ляпы такие, и голы обидные прилетают. Бывает, что пришел, и с чистого листа все получается с новым партнером, а бывает, что не бывает! (Смеется)
— Часто в баскетболе слышу от тренеров: «Разговаривайте!»
— Вот это самое важное! Нужно подсказывать напарнику постоянно. Он где-то спиной стоит, ты ему «Здесь, здесь, скинь». Не нужно быть немым, нужно подсказывать, в защите, в атаке. Ошибок тогда будет значительно меньше. Глядишь, в третьем периоде не будем пропускать, и у нас будут те самые, нужные очки. Подсказывать, разговаривать обязательно, это сильно помогает.
— Теперь вопрос, который нужно было с самого начала разговора задать. Как оказался в Ангарске?
— Все просто. Контракт с «Ростовом» закончился, искал варианты, вышел на «Ермак».
— Многих наше расстояние пугает, типа, мы здесь, в Тьмутаракани живем.
— Меня это не останавливает и не пугает. Без разницы, где играть, главное — играть.
— Зато и здесь свои плюсы есть. Красота неимоверная, Байкал.
— Да, я потрясен был. И в первый раз, когда приехал сам в Листвянку, и потом, к командой на пароходе. Понимаю, что увидел маленькую часть всей красоты, но впечатляет. Это стоит увидеть в своей жизни хотя бы раз. Я залез в Байкал секунд на 7-10, выскочил, ощутил такой стресс классный, такое восстановление. Безмерный кайф!
— У нас говорят, кто в байкальскую воду окунулся, то все грехи смыл.
— Значит, и я теперь безгрешен?
— Точно. Владислав, ситуация, в которой сейчас находится «Ермак», волнует и руководство, и болельщиков, и не может оставлять равнодушными и хоккеистов. Что, на твой взгляд, не так? Практически, все матчи «от ножа», и проигрыш в одну шайбу повис, как Дамоклов меч. Это, наверное, самое обидное.
— Все решают мелочи. Мы во многих матчах на равных играем с соперниками, где-то и превосходим их, но, есть какие-то мелочи, которые и становятся решающими. Знал бы рецепт, мы бы побеждали. Мы не равнодушные люди, нас это тоже не устраивает. Мы разговариваем на эту тему, работаем, выходим биться в каждой игре. Для нас другого варианта нет. Я хочу сказать ангарским болельщикам, что равнодушных в команде нет. Мы стараемся, у нас должно получиться, вы, главное — веры не теряйте.
Пресс-служба ХК «Ермак»
