Александр Сумин: до тысячи ещё двести надо сыграть!

Защитник «Нефтяника» Александр Сумин стоит на пороге 800-го матча в ВХЛ. Он выступает в Альметьевске с 2008 года, а в лиге — с момента её основания. В преддверии большого юбилея 34-летний хоккеист рассказал о верности клубу, смене поколений и двух Универсиадах.

— После победы в финале Кубка Петрова весной Александр Локтев не смог точно сказать, сколько лет ты в «Нефтянике». Сам сможешь ответить?

— С декабря 2008 года — от этого и считаю каждый раз.

— Что заставляет тебя оставаться в команде так долго?

— Предлагают ещё поработать, а я не отказываюсь. Другие клубы, наверное, тоже понимают, что здесь хорошие условия, семья — куда мне ехать, если всё есть?

— Не боишься за свою судьбу по весне?

— Ничего не боюсь, время покажет.

— Ты дважды становился чемпионом ВХЛ. Как складывались сезоны после этого?

— Тут очень большую роль играет везение. Какая бы сильная ни была команда, без удачи никуда. Когда завоевали первое чемпионство, мы находились в середине таблицы. Раз — и пошла игра, вратарь Тимур Билялов нас выручил... Смотрим — уже в финале играем. После этого нам было так же тяжело, как сейчас: все хотят обыграть чемпионов, настраиваются вдвойне.

— Причина в соперниках, а не внутри?

— Большая часть команды осталась, ушло три-четыре человека. Просто сейчас любому клубу охота нас обыграть, доказать, что они тоже чего-то стоят.

— Результат у команды на старте регулярки не задался. Не возникло мыслей о переходе?

— Сезон же долгий, цыплят по осени считают. Сразу вешать ярлык, что не задался? Больше половины ещё играть, всё будет нормально.

— Старт прошлого сезона тоже не предвещал успеха.

— В том году мы всегда шли в зоне плей-офф. В этом пока не получается туда попасть, чуть сложнее.

— Какой тренер за 17 лет привнёс больше всего в твою игру?

— У меня их было не так много — всего четыре. Каждый вносил свою лепту, нет такого, что это заслуга кого-то одного. Все по чуть-чуть добавляли своего видения.

— Если сам станешь тренером, какие качества возьмёшь от каждого из них?

— Пока не хочу об этом думать, всё будет в процессе.

— Ветеран КХЛ Дмитрий Кагарлицкий считает, что не сказал не только последнего, но и предпоследнего слова. А ты?

— И я тоже. (Улыбается). Я так подумал: при мне сменилось три поколения! Начинал, когда ветераном был Рустем Шангараев, потом Андрей Демидов, а сейчас уже молодая смена.

— В каком контексте задумался о поколениях?

— Недавно разговаривали с Демидовым — он и спросил. Когда я пришёл в команду в 18 лет, все казались такими дядьками... Самым взрослым был Евгений Крутов, ему тогда уже исполнилось 29. Играл в паре с Халимом Нигматуллиным 72-го года рождения. Он уже заканчивал карьеру, а я — только начинал.

— Какой из 800 матчей ты не забудешь никогда?

— Финал прошлого сезона: такого, чтобы пропустить за 0,4 секунды до сирены, у меня ещё не было... Это самый запоминающийся матч («Нефтяник» победил АКМ в овертайме и стал чемпионом — прим.ред.).

— В игре с «Бураном» 7 февраля 2018 года ты набрал 5 (1+4) очков, поучаствовав во всех голах команды.

— Было, но, если честно, об этом не вспоминал. Я вообще не считал матчи, мне в том году подарили в шикарном футляре статуэтку хоккеиста на отметку 750. Думал: «Неужели столько прошло?». Просто играл сезон за сезоном, не обращая внимания на количество матчей. Мне папа сказал, что скоро крупная дата — только тогда посмотрел.

— За годы игры в ВХЛ ты всего раз заработал показатель полезности хуже «-2» за матч. Как тебе удаётся сохранять стабильность?

— Главное, чтобы команда выигрывала, а личные показатели уходят на второй план. Наверное, партнёры помогают: не один играю, пятеро нас в звене.

— Если бы в честь тебя назвали рекорд ВХЛ, то в чём?

— Количество лет, проведённых в одной команде — думаю, 17 нет ни у кого даже в КХЛ.

— Ты ездил на Универсиаду в Италию в 2013 году и завоевал бронзу. Чем запомнилось то время?

— В Италии у нас не было базы, просто ходили до дворца из гостиницы. Первый раз, когда ездили в Турцию в 2011-м, по условиям было лучше: все сборные находились в одном корпусе. Зато в Италии жили в горах! Кстати, удивился, что в Турции проводилась зимняя Универсиада, хотя там было довольно холодно.

— Какие впечатления остались от «Русской Классики» в Альметьевске в 2018 году?

— Необычные ощущения: было непривычно мёрзнуть на скамейке, пока ждал своей смены. Освещение своеобразное. У меня возникли ассоциации с детством: ностальгия, как выходил на каток во дворе, будучи маленьким пацаном. Получился большой праздник для города и всей республики, выиграли тот матч у «Тороса» по буллитам (3:2Б — прим. ред.). Не против повторить!

— Такие мероприятия запоминаются в первую очередь болельщикам. Какое место они занимают в жизни хоккеистов?

— Когда заняли первое место на Универсиаде в 2011 году, нас повезли в Кремль. Президентом был Медведев. Мы пришли, нас поздравили, налили шампанского и вручили подарки — часы с гравировкой «От Президента Российской Федерации». Всем из сборной по зимним видам спорта, не только хоккеистам.

— Часы сохранились?

— Дома лежат. Они строгие, я такое не ношу.

— Твоя жена рассказывала, что ваша дочь София с удовольствием ходит на тренировки по фигурному катанию, потому что хочет быть похожей на папу. Рад, что подаёшь ей хороший пример?

— Когда дочка хочет быть похожей на меня, это самое лучшее, что может быть! У неё очень упорный характер: если что-то не получается, всё равно этого добьётся.

— Тоже в тебя?

— Наверное. Самое главное, что ей нравится фигурное катание. Мы не заставляли, она сама его выбрала. Я пришёл в хоккей и встал на коньки в восемь лет, а она каталась уже в четыре. В декабре ей будет десять — такие вещи вытворяет на льду! Заставляет меня повторять, а я так не умею. (Улыбается).

— Близкое 10-летие дочери заставляет острее прочувствовать время?

— У меня ещё собаке 15 лет, она со мной два чемпионства выиграла. (Смеётся). Куда ни посмотришь, везде напоминания.

— Как думаешь, поднимут ли твоё джерси под своды «Юбилейного»?

— Не знаю... Нет такой задачи, чтобы моя майка висела на стадионе. Это очень волнительный момент, не хочу раньше времени его представлять.

— Что чувствуешь от осознания, что на носу 800-й матч?

— Да ничего особенного. До тысячи-то мне ещё двести надо сыграть в ВХЛ!

Яна Наконечная специально для ВХЛ