Николай Тимашов: плей-офф — это новый сезон, в котором все по нулям

Николай Тимашов, пополнивший состав «Магнитки» по ходу нынешнего сезона, вернулся в родной город спустя десять лет. В 2014-м он уехал отсюда в «Ижсталь», а уже оттуда в «Автомобилист» и с тех пор отыграл в КХЛ без малого пятьсот матчей.

Стоит отметить, что разговор с защитником проходил в преддверии заключительной домашней серии «Магнитки» в регулярном чемпионате.


— Николай, как произошло, что ты оказался в «Магнитке» по ходу нынешнего чемпионата?

— Да, в принципе, если по-честному, играть в Магнитогорске — мечта детства. После «Стальных Лисов», когда нас, двенадцать человек забрали в Ижевск, по сути, за «Металлург» в КХЛ успел сыграть три игры. И с того момента началось мое путешествие по разным командам. Хотя у меня всегда было огромное желание играть за Магнитогорск. Но с первой командой никак не получалось, не удавалось. В этом году, получается, такая ситуация произошла: в межсезонье не нашел команду в КХЛ, не было предложений. Не особо я был к этому готов, потому что за 12 лет первый раз такое случилось. Обычно каждое лето есть два-три предложения. Сидел без команды до конца сентября, потом понял, что в любом случае год терять нельзя: нужно ехать играть. Было предложение по ВХЛ. Состыковался с «Тамбовом». По условиям это был оптимальный вариант. Поиграл там, и во время нахождения в этой команде, было несколько звонков от команд КХЛ, были какие-то движения, но до подписания контракта дело так и не дошло. Параллельно с «Тамбовом» начал потихоньку расставаться, без всяких претензий, по обоюдному согласию. И до дедлайна оставалось пять дней. Получается, по КХЛ не выгорели те варианты. Когда выложили новость о том, что мы с «Тамбовом» разошлись, поступил звонок от Евгения Бирюкова с предложением поиграть остаток сезона дома. Для меня появление в прошлом году в Магнитогорске фарм-клуба «Магнитка» определенный шанс сюда приехать играть. Начать с ВХЛ, дальше посмотрим. Я не раздумывал, когда позвонил Евгений Бирюков, а затем Михаил Чурляев. Я так понял, они инициаторы были с Андреем Соколовым. У меня не было мысли не ехать сюда, потому что неважно в какой вертикали, мне хотелось играть за Магнитогорск.

— Сезон 23/24 в «Витязе» играл стабильно — 52 игры по 15 минут. Но работы в КХЛ не нашлось. Каковы причины?

— Ну, вот, с чего я начал наш разговор. Первый раз за последние 12 лет такое случилось, и немного не готов я был к этому. Естественно, думал о причинах. Сто процентов это плохо проведенный предыдущий сезон. С себя ответственности не снимаю. Если команда не попадает в плей-офф, при этом у тебя плохой плюс-минус. Даже если ты играл хорошо и набирал очки. Все равно все смотрят статистику. У меня было «-14». Это очень плохой показатель. Плюс команда вне плей-офф, никто оттуда не рассматривает особо игроков. Либо ты там остаешься, либо для перехода нужен более качественный сезон. Я все это понимал прекрасно, но все равно надеялся, что какие-то варианты будут. Летом не выбирал никакую финансовую составляющую. Нужна была именно просто команда КХЛ.

— Твой нынешний уровень на данный момент не дотягивает до КХЛ?

— Ни в коем случае. Я готов и уверен на сто процентов, что могу играть в КХЛ.

— Ты раньше играл в тот хоккей, в который сейчас играет «Магнитка» при Евгении Полозове?

— Для меня это новое. Так скажем: частично играл в такой хоккей, частично — нет. То есть свои нюансы здесь, с которыми я первый раз сталкиваюсь. Но, в принципе, ничего трудного к ним привыкнуть и подстроиться.

— Этот хоккей в КХЛ имеет место быть?

— Да, он имеет место быть сто процентов. Опять же, только при выполнении этой схемы всеми игроками. Если кто-то начинает делать свое, то по цепочке все ломается. Если каждый выполняет свое задание, то имеет место быть.

— Долго ли тебе пришлось привыкать к новому стилю игры «Магнитки» под руководством Полозова?

— Так скажем, что конкретно в «Магнитке» очень высокий уровень, если сравнивать с другими командами ВХЛ. С тем же «Тамбовом». И здесь нет ощущения, что ты пришел в ВХЛ. Здесь система клубная. Она такая, что и тренеры, и игроки прекрасно понимают, где ты играешь, за кого ты играешь. Адаптация. В принципе, мне не тяжело в целом привыкать к новым требованиям. Наверное, игры две-три пытался понять, тренера подсказывали, тяжеловато было уловить какие-то моменты, нюансы: как правильно проводить смены, как правильно играть в атаке, как правильно в обороне. В принципе, пара видеособраний, две игры и все стало ясно.

— У кого самое сильное нападение в ВХЛ?

— Я последний раз в ВХЛ играл лет десять назад перед этим сезоном. Соответственно, за это время очень сильно вырос уровень Лиги. Тут уже стали играть более умно. Это следствие того, что в командах стали появляться более грамотные тренера, как тот же Евгений Анатольевич. Самая сильная атака?

— Тогда иначе: какое нападение среди команд ВХЛ тебе показалось наиболее интересным? Чья атака из соперников запомнилась?

— Мне понравилось нападение «Динамо» из Санкт-Петербурга. В целом и атака, и то, что у них все вообще в атаке играют — вся пятерка. Наверное, тяжелее всего и более концентрированно с ними пришлось. А так, остальные играют ровно. Я могу выделить слабые команды, которые бросаются в глаза, а среди сильных впечатлило именно «Динамо» больше всего: система, уровень атаки.

— «Магнитка» весь чемпионат пытается зайти в зону плей-офф. Ждать и догонять две сложные вещи. Как играется в таком ритме?

— Я пришел в команду в тот момент, когда ребята уже, так скажем, поперли, начали выигрывать много, поняли схему тренерского штаба, поняли требования. Я уже пришел в такой тоже режим, когда плей-офф идет с декабря месяца. Наверное, мне так даже легче, когда ты каждый день, каждую игру сконцентрирован. Ты не приходишь на расслабоне, понимаешь, что от игры к игре сейчас только выигрывать, иначе в 20-х числах марта просто пойдешь в отпуск и будешь просто на тренировки ходить. В нашей команде нет ни одного игрока и тренера, который захотел бы 18-го числа закончить сезон. Поэтому этот режим мне нравится, что постоянно все в тонусе, в обойме, хорошие тренировки, игры. Нет никакой расхлябанности, нет проходных игр. И когда ты в таком тонусе ни один месяц идешь, то, главное сейчас мы правильно закладываем физическую форму. Потом в плей-офф нам будет проще стартовать. Нам не придется себя приводить в порядок. Мы уже готовы.

— Функционала для этого хватает?

— Судя по играм, да, хватает. Правильно закладываем, правильно тренируемся, и правильно тренерский штаб нас подводит к играм, тяжелым выездам, переездам. В принципе, я не заметил, что мы где-то суперсильно просели. Я не замечал, чтобы нас кто-то всю игру возил, так скажем.


— В последних матчах «Магнитка» забивала по две шайбы, но при этом набирала очки. Получается, оборона выигрывает матчи?

— Всегда же говорят, что оборона выигрывает Кубки. Сейчас у нас идет кубковый режим. Нам нужно сыграть «от печки», как говорится, а впереди всегда что-то создадим, что-то забьем. В принципе, когда нужно выиграть каждую игру, нас и 0:0 и 1:1 устраивает. И потом уже есть овертайм, буллиты.

— В каких матчах «Магнитка» потеряла очки?

— То, что на моей памяти, считаю, потеряли очки, когда была домашняя серия: «Ижсталь», «Торос», СКА-«Нева». Потеряли очки там, где сами себе напривозили. Любые проигрыши по буллитам, тоже, считаю, потеряли. Потому что буллиты — исполнительское мастерство. Либо ты два очка забираешь, либо одно. И все поражения по буллитам — наши недоработки.

— Николай Тимашов — опытный защитник, за плечами которого почти 500 матчей в КХЛ. Чему ты научился здесь, в «Магнитке» за 25 игр?

— На самом деле, всегда учишься. Опять же, ранее я не работал ни с одним из нынешних тренеров «Магнитки». В любом случае, от каждого что-то новое получаешь. В плане, если брать в целом, от сезона, проще, наверное, стал относиться ко всем этим вещам из серии, что автобус двадцать с лишним часов. Это не проблема, если ты готов играть и хочешь играть. Есть клюшки такие и другие. Как-то проще ко всему этому ВХЛ научила относиться. Подготовка. Если я здесь оказался, значит, я недостаточно готовый, раз плохо провел предыдущий сезон. В плане игры против нас никто ничем не удивил.

— Как ты пришел в хоккей?

— В пять лет отец привел, я сказал, что не хочу. Вообще ни в какую. Он тогда сказал: давай, неделю тренируемся, если после этой неделе ты говоришь «нет», то мы уходим из хоккея. По истечении недели он меня забрал с тренировки и на вопрос: «Заканчиваем?» я ответил: «Нет». Все, и так пошло.

— В защиту тренер поставил?

— Да, это Сергей Аркадьевич Демин. Он меня поставил в защиту. Насколько мне память не изменяет, я его спросил: «Почему в защиту?». Демин ответил: «Крутых нападающих много, хороших защитников мало».

— Кто из тренеров вложил в тебя больше всего умений и знаний?

— Сергей Аркадьевич Демин, человек, который мне очень много дал в плане становления как игрока. Кроме него, Евгений Геннадьевич Корешков и Юрий Алексеевич Исаев — царство ему небесное. Именно он мне помог вырасти в хорошего защитника. Мы с ним много общались, работали. Именно Юрий Алексеевич дал мне понимание перехода из детского хоккея в молодежный. С молодежного хоккея во взрослый. С его подачи в первую команду привлекали меня. И на льду много что показал, много чему научил.

— К молодежному хоккею приходилось привыкать?

— Честно — первый год очень трудно. Совсем другой уровень, когда пришел. Ты резко понимаешь, что не настолько хорош: не настолько быстр, не настолько силен. Оказывается, есть намного сильнее игроки. Но когда ты начинаешь тренироваться вместе с ними, ты их быстро догоняешь. И, наоборот, в Лиге уровнем ниже ты можешь потерять в мастерстве, как бы ты того ни хотел. Всегда подстраиваешься под уровень команды, в которой играешь. Первый год был тяжеленький: ответственность другая, спрос другой, тренировки, игры другие. Зато второй, третий сезоны вообще супер.

— В «Стальных Лисах» во втором и третьем сезонах ты очень много забивал и отдавал, набирая по 40 очков. Что этому способствовало?

— Доверие тренеров. Они мне дали полный карт-бланш. Я убедился за столько лет, что если нет доверия тренера, ни один суперкрутой хоккеист не будет набирать много очков, большой плюс-минус. Задушить любого легко. Если есть доверие, то многие покажут совершенно другой хоккей, нежели когда доверия нет.

— У тебя было три матча за «Металлург» в КХЛ. Все матчи при Поле Морисе. Был шанс зацепиться?

— Именно при Поле Морисе — да, сто процентов был шанс. Он когда вызвал, доволен был, и когда игры прошли — тоже. После игр он был очень доволен. Сейчас понимаю, что с ним бы я, скорее всего, зацепился.

— А Кинэн?

— У него было свое видение. Говорил, что мне рано. Не браковал, но сказал, что не дотягиваю. Надо тренироваться, работать.

— В чем разница между Морисом и Кинэном?

— Не могу сказать, потому что с Кинэном толком не поработал. Не так много тренировок провел.

— Чем понравился Морис?

— Да всем: и политикой игры, и политикой жизни. Это был мой первый тренер на взрослом уровне. С ним-то не особо успел познакомиться. Но, то, что успел, понравилось мне и ему.

— При Морисе играл нормально всего один матч против «Динамо» в Москве. Почти семь минут. Дебют в КХЛ запомнился на всю жизнь?

— Да, запомнился. Волнение, конечно, было сумасшедшее. Такое, что сейчас даже не помню, с кем выходил в паре. Много лет прошло. Уже после этого столько игр с «Динамо» было...


— 1 февраля 2013 года в Череповце ты сыграл 9 секунд и заработал показатель полезности «+1». Помнишь ли ту смену?

— Я помню, что просто вышел, просто присутствовал на льду, не трогал даже шайбу. Был такой момент, что просто повезло: предыдущая пара защитников все сделала и поехала на смену, а мы уже вышли на готовое.

— Как возник вариант с «Автомобилистом»?

— Я играл за «Стальных Лисов» год, два, три. Приехал Андрей Владимирович Разин, с Геннадием Ивановичем Величкиным они что-то решают, как-то договариваются. После этого нас отдают в ВХЛ. Нас вызвали, объявили, что мы едем в «Ижсталь». Поехали на один сезон в «Ижсталь». Там мы его полностью отыграли, после этого Андрея Владимировича пригласили в «Автомобилист», и он, соответственно, позвал меня. Таким было мое попадание в Екатеринбург. Тогда в Ижевске у нас был хороший сезон. И я проявил себя как игрок, и он как тренер. У нас был контакт, взаимопонимание. Наверное, поэтому позвал.

— Ты как раз был участником того легендарного матча «Ижсталь» — ТХК, в котором произошла драка главных тренеров команд. Расскажи, как это все виделось со скамейки.

— На самом деле, я к этому спокойно отношусь. Тут все зависит от темперамента человека. Иногда мне надо чуть-чуть, чтоб завестись. Тогда между скамейками не было разграничительных стекол. Был обычный момент. Наши тренера Андрей Разин и Олег Леонтьев пытались с судьей поговорить, и с той стороны Ждахин пытался поговорить. Но так как он представлял команду хозяев, то пытался вести себя по-хозяйски. Слово за слово, рука об руку кто-то кого-то задел... Ну, и все: раз, два. Это был полуфинал, накал, эмоции. Случись похожее со мной на льду, я бы тоже вскипел. Прикольный опыт. Главное, мы выиграли, прошли в финал.

— В Магнитогорске в нынешнем сезоне вы с Андреем Владимировичем виделись?

— Нет, ни разу. Я много раз был в «Арене «Металлург», но так вышло, что мы не пересекались.

— Ты играл преимущественно в командах, которые возглавлял Андрей Разин. Как он изменил твой подход к хоккею?

— У Андрея Владимировича хоккей сильный. В плане хоккея много показал, как надо выигрывать. Например, как не топ-команда может выигрывать топ-команду. Все дело чисто в исполнении. Какие-то аспекты игры. Много чему научил, потому что большую часть карьеры я работал с ним.

— Самый запоминающийся совет от Разина?

— Их было много. Мы часто разговаривали вне льда. Если будешь работать честно, то все равно придешь к своим целям. Соответственно, хоккей Андрея Владимировича был для меня понятен. Мне было легко в него играть.

— «Автомобилист» и «Северсталь» Разина — две разные команды?

— Да, это две разные команды, потому что «Автомобилист» был началом пути Разина, как и моего. А «Северсталь» — это более опытный хоккей, сбалансированный, в меру возможностей этой команды выжимать максимум. И достаточно неплохо мы там себя показывали. Конечно, не проходить первый раунд — это плохо, но опять же первый год с московским «Динамо» семь игр. Достаточно это неплохо. Опять же, это вот к тому, что все в исполнении ребят, которые на льду. Счет в серии 3 — 3, выиграл — прошел дальше. Второй год — ЦСКА, и тоже семь игр. Плохо, что не прошли. Время в «Автомобилисте» для меня, как молодого, было необычным: кидало нас тогда немножко из стороны в сторону.

— Еще Анатолий Голышев был очень молод...

— Да. Там больше шло воспитание игроков вне площадки.

— «Металлург» Разина отличается от «Северстали» в плане хоккея?

— Я вижу все эти наигровки, моменты, наработки, что мы делали в «Северстали». Смотрю, что делает Петунин, Вовченко. То же самое, что и до прихода в «Металлург» они делали. Плюс добавилось исполнительское мастерство других ребят, игроков высокого уровня. В совокупности это дает результат. А система игры очень похожа.

— Летом 2023 года у тебя была возможность перейти из «Северстали» в «Металлург»?

— Такой возможности не было.

— История с Тэйлором Беком в сезоне 2017/18. Из-за чего закусились на тренировке?

— Это обычная рабочая ситуация. Потом так же о ней сказал Владимир Васильевич Крикунов. Почему она получила такую огласку? Потому что Бек — иностранец. Из-за этого журналисты все вынесли. Если бы это были два русских парня, никто бы и не узнал даже. Было обычное упражнение: я — защитник, он — нападающий. Приехал в КХЛ и считает себя звездой. Я долго следил за ним. Сначала одному молодому просто ни за что пихает, затем второму. Они все молчат. И вот в одном из упражнений я сыграл против него в тело по правилам. Естественно, ему это не понравилось, он побежал со мной драться. Я этого не хотел. Но если схватился, то все: в моем понимании, значит, деремся. Но, в принципе, две секунды, один удар и все закончилось (улыбается).

— Крикунов все видел?

— Да все видели. Ребята, тренерский штаб и руководство меня поддержало. Все было честно с моей стороны.

— Потом с Беком не общались?

— Постольку — поскольку общались, но у него была обида. Он не ожидал, наверное, получить отпор. У меня на него ни злости, ни обиды нет. Это был обычный рабочий момент.

— Потом Бек ушел в «Куньлунь РС», а ты остался в «Автомобилисте»...

— Это к вопросу о том, что руководство меня поддержало. Все адекватно оценили ситуацию, что это был обычный игровой момент.


— Хоккей в твоей жизни отнимал все свободное время?

— Да, сто процентов. Помимо хоккея, я старался учиться. Понятно, что мы с папой за хоккей всегда, но мне мама сказала: хоккей — хоккеем, но учиться будешь!

— Учился?

— Естественно.

— На кого?

— Сначала в школе пытался максимально все посещать и сдавать. Потом — институт. Четыре года отучился по дисциплине «Финансы и кредит», стал бакалавром. Потом в магистратуре два года «Управление персоналом».

— Ходил на лекции?

— Нечасто, но ходил. Мне нередко приходилось самому много сдавать, готовиться самостоятельно. Много мне помогала бабушка — папина мама, потому что она всю жизнь отработала в педагогическом институте. В итоге — красный диплом. Защитил его сам. Тогда я тоже думал: зачем мне высшее образование? Но в тридцать лет понял для чего оно нужно.

— Чему ты раньше посвящал свободное время?

— Рыбалке. Тогда не было своей семьи, не было своего жилья. Было больше свободного времени. Дома живешь с родителями: хоккей, учеба. С возрастом меняются быт, увлечения.

— Что ты скажешь об автобусных турах и современной молодежи? Евгений Григоренко говорил о том, что у них даже другой язык.

— Я понял, про что Женя говорит. Он немного постарше меня. Я, видимо, еще успел заскочить к молодежи. Для меня не очень много нового, как для него, но есть. А к автобусам вообще спокойно: в плане состояния здоровья выйти после автобуса на лед или на игру. Для себя понял, что достаточно долго могу двигаться. В плане хоккея нет никаких проблем. Надо ехать — едем. Надо на лед выйти — нет какой-то большой усталости, не беспокоят колени. Наоборот, мне показалось, что с такими переездами можно играть.

— Ты болеешь за «Лейкерс» или просто носишь такую толстовку?

— Нет, я не болею. Это пошло как раз в Екатеринбурге. Там попался магазин и эта одежда. Она мне показалась удобной внешне, красивой и при этом доступной по деньгам — недорогой.

— А футбол ты смотришь?

— Крайне редко. Только на уровне национальных сборных. На уровне клубов могу посмотреть матч с участием ПСЖ, «Барселоны».

— Есть домашние животные?

— Шпиц, зовут Крафтом. Когда мы его купили, у него были документы по паспорту его так и звали. С женой решили, что не будем ничего менять. Крафта мы взяли у не очень добросовестного заводчика. Он был больной: гастрит с детства. Теперь Крафт на особом питании. Ничего со стола не ест. Сейчас ему 10 лет.


— Кто с ним чаще гуляет?

— Конечно, жена Ксения. Она все делает, я редко бываю дома. У нее два образования: специалист по налогооблажению и диетолог-консультант. Некоторые думают, что если просто кушать перестанешь, то сбросишь вес. А там много всяких подводных течений.

— Ксения изменила твой рацион питания?

— Да. Раньше я ел все. Многое что изменилось. Убрал соусы, газировки. Она готовит из правильных продуктов, очень вкусно. Раньше мне казалось, как можно без майонеза что-то съесть? А сейчас я к нему вообще не притрагиваюсь. Опять же, нет ограничений. Если в какой-то день захотелось неправильную еду, то без проблем. Но в большей степени еда правильная.

— Как это правильное питание сказалось на твоей физической форме?

— Очень сильно. Год назад, перед сезоном в «Витязе», я хотел набрать массу, думал, что мне тяжеловато с 80-83 килограммами вести борьбу. И я все пытался набрать, но у меня такое строение, что не получалось. И перед выступлением за «Витязь» набрал 90 килограммов. Оказалось, что 90 тоже тяжело — это много. Как раз на сборах перед «Витязем» ради проверки взял программу Ксении и за месяц вернулся спокойно на 83 килограмма. Просто на правильном питании. Само состояние стало намного легче.

— Кто-нибудь из команды знает про эту историю?

— На самом деле, много ребят, кто за этим следит. У каждого есть свои помощники, диетологи. Многие понимают специфику, что не только в еде дело. Кучу анализов надо сдать, чтобы понять, как правильно питаться. Некоторые просто голодают, тем самым, делая себя хуже. Потом они еще больше наберут в весе.

— Какой бы ты дал совет себе 20-летнему?

— Наверное, в первую очередь, я дал бы себе совет побольше слушать и поменьше высказываться. В молодости я много говорил, что думал. Да и сейчас говорю, но более фильтровано. Больше слушать тренеров, где-то больше подстраиваться под людей, не переть напролом, где-то переждать, не рубить с плеча. В плане работы всегда пытался работать по максимуму, что просили — всегда старался выполнять. Именно в плане психологии по-другому бы вел себя.

— Нападающий «Магнитки» Евгений Григоренко спрашивает: какой сериал будешь смотреть, после того как досмотришь «Невский»?

— Хороший вопрос (смеется). Я буду смотреть сериал «Шеф» — про бандитов и полицию.

— Почему?

— Потому что уже посмотрел пять сезонов, надо шестой посмотреть.

— Что тебе нравится в сериале «Шеф»?

— Начали с женой смотреть сначала первый сезон, он нам понравился. Потом далее: второй, третий... Смысл-то бросать, если в этом году новый вышел.

— Еще один вопрос от Григоренко: Не планируешь ли ты на следующий год встать на тренерский мостик какой-либо из команд?

— Нет, не планирую. От Жени ожидал эти вопросы, потому что как это называется: у кого что болит, тот и перекидывает (улыбается). Понимает, что сейчас я пришел, и у него есть за кого зацепиться. Что теперь не один он такой «старый». Я ему уже сто раз говорил, что по ощущениям в плане здоровья и «физики» о тренерском мостике я пока не думаю.

— Этот разговор проходит в преддверии заключительной домашней серии «Магнитки» в регулярном чемпионате. Команда пока не попадает в плей-офф, но впереди четыре игры дома, которые надо обязательно выиграть. Как это все совместить, чтобы оказаться в плей-офф?

— На самом деле у нас состоялся разговор. Был пик, переломный момент в домашней серии, когда приезжали команды из Питера: СКА-«Нева» и «Динамо». В тот период была серия из семи поражений в восьми матчах. Было продолжительное собрание, на котором главный тренер пытался довести много правильных вещей, потому что в «Магнитке» ребята могут играть, если все вместе захотят. Только в этом случае «Магнитка» достаточно сильная команда, потому что есть сплав задора из молодых ребят, которые бегут, и какой-то процент опытных игроков. Плюс тренер, который тоже понимает, куда мы идем и что нужно делать. И говорит не просто от балды, а все по делу. Когда мы поговорили, оставалось одиннадцать игр, и мы тогда сказали: смысл что-то выдумывать, нужно просто на каждую игру выходить и выигрывать ее. А потом, спустя одиннадцать игр будем смотреть: попадем мы в плей-офф или нет. Тогда, мне кажется, это все услышали. Я сказал: без разницы будет, когда мы попадем в плей-офф по истечении этих одиннадцати игр, все забудут, как мы попали в плей-офф, с какого места. Все начнется заново. Плей-офф — это новый сезон, в котором все по нулям.