Андрей Виноградов: мы идем за Кубком. Все мысли только об этом

Большое интервью с защитником команды «Металлург» Андреем Виноградовым.


— Существует мнение, что плей-офф — это как отдельный вид спорта. Почему?

— Тут больше на первый план выходит характер и трудолюбие, так сказать. От этого очень многое зависит.

— В регулярном чемпионате среди защитников «Металлурга» вы больше всех бросали. Получается, вас можно назвать «бросающим» защитником?

— Можно и так сказать. У меня есть цель: довести шайбу до ворот, потому что нападающие много работают в зоне атаки; а если шайба не доходит до ворот, то, как вариант, всем надо резко бежать назад — такого развития нам не нужно.

— А форварды вам не говорят, образно, что зачем ты бросил от синей, прям во вратаря, надо было лучше мне отдать?

— Иногда что-то такое может быть. Не всегда удается увидеть партнера. Но скажу так: все равно в плей-офф нужно больше бросать, делать это спокойно, а лишние пасы — их лучше исключить.

— Ну и бросать надо так, чтобы в створ шло.

— Да, броски должны быть правильными.

— Не вот это, что по краю зашел, бросил мимо — шайба по борту полетела и получилась контратака с другого борта, обрезающая сразу несколько игроков твоей команды.

— Тут полностью согласен. Всегда нужно понимать момент. К примеру, когда понимаешь, что твои партнеры переиграли смену, а ты заходишь в зону и бросаешь в дальний борт, чтобы они не поменялись — это неправильно конечно.

— В регулярке вы еще и в тройку лидеров «Металлурга» вошли по силовым приемам. Так и запишем: не только «бросающий» защитник, но еще и силовой.

— В хоккее важно не только бросать, пасы отдавать. Хоккей — это, в первую очередь, борьба. Силовые приемы — одна из главных частей плей-офф, чтобы вывести соперника из себя, чтобы ему было тяжелей.

— Какая реакция со стороны соперника бывает, когда ты его жестко встретил?

— Разная. Может быть и такое, что ты хорошо соперника встретил и в следующий раз он уже побоится пойти также по борту например и будет, скажем, уже отбрасывать шайбу либо искать передачу, что уже плюс для нашей команды.

— Бывает такое, что вы его встретили, а он в следующей смене выходит и начинает вас искать?

— Да, конечно. Всегда такое может быть. Обида, злость. На площадке никогда нельзя расслабляться. Особенно когда ты играешь жестко. Потому что против тебя могут сыграть ровно также.

— Вы в этом сезоне кого-то так искали?

— Мне кажется, что таких моментов не было. Стараюсь себя в принципе держать в руках. Играть по ситуации.

— Вы один из самых опытных защитников в «Металлурге». И по возрасту, и по матчам плей-офф ВХЛ.

— Возможно. Но у нас есть Максим Березин, у которого опыта в принципе намного больше, опыта в другой лиге. Максим очень много приносит команде пользы — и на льду, и вне льда. Подсказывает парням какие-то моменты. Игра в плей-офф — она отличается сильно в психологическом плане, ментальном. И Максим в каких-то моментах берет на себя инициативу.

— А поконкретней если? С примером?

— Примеры останутся в нашей раздевалке (улыбается). Вне льда — все обычные парни. Где-то можно пошутить. Кто-то может подколоть. В том числе на счет игры. Максим, вот, может так хорошо подколоть. И это тоже дополнительно подстегивает. Можно сказать, что он так специально говорит и это придает тебе еще больше мотивации.

— Говорит что-то из серии, когда ты не забил гол: «Сейчас на вбрасывании стояли, соперник сказал про тебя, что слава Богу, что он за вас играет. Давай, разозлись, надо выйти и показать им»

— Примерно. Когда тебе говорят, что из-за тебя пропустили какой-то гол, то ты, логично, стараешься дальше не совершать такого, чтобы больше не слышать такие слова в свой адрес.

— У Березина 775 матчей в КХЛ, он в 10 сезонах там играл в плей-офф. Как этот опыт чувствуется на льду?

— Это видно: в каких-то моментах он поспокойней, пособранней. Где-то от простого играет, когда другие, например, ищут какие-то сложные решения.

— То, что нужно в плей-офф.

— Все верно.

— Теперь про ваш опыт. В вашей карьере есть финал плей-офф ВХЛ.

— Очень обидный финал был. Тогда с АКМ хорошо прошли все стадии плей-офф, а в финале с «Нефтяником» не смогли взять ни одной игры. Это очень так надломило психологически в хоккейном плане, было тяжело. Но сам факт, что я первый раз в карьере дошел до финала — уже многого стоит. Хочется доказать самому себе в первую очередь, что могу больше. Но для этого нужно и работать еще больше.

— Надломило — это уже после финальной серии?

— Да. Ты понимаешь: дошел до финала, но не смог его выиграть, и 2 место — оно всегда обидней, даже чем 3-е. Потому что ты завершаешь выступление поражением. Как справлялся? Разговаривали с парнями, говорили, что заслуживаем большего, но чего-то не хватило. А раз так, то нужно работать больше над этим. В голове все равно прокручиваешь эти моменты, пытаешься над ними работать, чтобы стать лучше.

— Ваш финал был в 2024 году. Сейчас есть ответ, почему именно не удалось выиграть у «Нефтяника» ни одного матча?

— Возможно, что соперник просто понял, как мы играли, и выбрал правильную тактику. В первом матче в третьем периоде мы повели 3:2, но они быстро сравняли, а в конце забили решающий гол — 3:4. Может это нас подломило чуть-чуть.

— Что они в своей тактике поменяли, что давало им результат?

— У нас была тактика, что в их зоне загоняли два нападающих, а они выбрасывали шайбу и просто обрезали нас, забивали на контратаках — как вариант.

— Личная статистика того турнира плей-офф вас порадовала? Вы стали самым результативным игроком обороны ВХЛ.

— Приятно, когда у тебя есть очки за результативность, что ты команде полезен. Значит ты делаешь правильные действия на льду. Это хорошо.

— Дополнительную премию за это получили?

— Нет. Этой плей-офф. Тут — команда. Здесь нет «личностей»: кто-то больше очков набирает, кто-то меньше — но есть одна команда и всех устроит только один результат.


— Но в регулярном чемпионате ВХЛ есть такое, что игрок может получить личный бонус при достижении какой-то цифры в статистике?

— Есть. Ты стремишься как заработать этот бонус, так и, тем самым, помочь команде своей игрой — это помогает команде выигрывать матчи. Не вижу в этом ничего плохого. У каждого ведь на своей работе может быть премия.

— Вы свой бонус в этом регулярном чемпионате заработали?

— Сейчас я не думаю об этом. После окончания сезона будем смотреть.

— С АКМ вы завоевали серебро. В клубе провели три сезона. Что как в целом?

— Эмоции остаются только положительные. В каждой команде получал тот опыт, который мне, видимо, был необходим. Познакомился там со многими хорошими парнями: кто-то сейчас в плей-офф играет как в ВХЛ, так и в КХЛ — рад за них, что тоже продолжают играть на хорошем уровне. Мне только остается конкурировать с ними и показывать, что я лучше (улыбается).

— Кого отметите из хороших парней?

— Серегу Теряева. Хорошо с ним общаемся. Он сейчас в «Югре». Слежу за его успехами. Хорошо играет.

— Он и в «Металлурге» был в порядке.

— Сергей, сам по себе, большой, жилистый. Очень много бросает, делает это хорошо. В силовом плане он очень хороший хоккеист тоже. Как человек — вообще классный парень. С ним легко, постоянно общались. Он мне как раз про Новокузнецк рассказывал, подсказал какие-то моменты, что и где. И по команде, и про природу, куда можно съездить, про Шерегеш.

— Понравилось в Шерегеше?

— Да. С супругой съездили в Новый год. Классная природа, очень понравилось. Нам вообще нравится на природе проводить время. А в горах, зимой — вообще сказка.

— В Горный Алтай ездили?

— В Алтае я был, когда играл в Усть-Каменогорске. Тоже с супругой ездили в горы, с той стороны Алтая получается. Тоже было красиво.

— Вы же с Сергеем Теряевым в составе АКМ играли в том матче, когда в Новокузнецке из-за урагана во время игры на «Кузнецком льду» отключилось электричество и матч в итоге был отменен?

— Было дело. Непогода была. Матч доиграть не удалось в Новокузнецке. Потом его играли в Туле. Помню сидим, света нет, в раздевалке пацаны включали фонарик на телефоне. Минут 20 сидели так. Думали, что продолжим матч, а по итогу сказали, что собираем вещи и уезжаем.

— Когда свет вырубило, вы где были?

— На льду. И у нас было большинство. Только вбрасывание — и свет выключается. Минут 5 мы еще побыли на льду, на скамейке. Хотелось продолжить матч — готовились, летели. Но как получилось.

— Перед этим сезоном некоторые хоккеисты из АКМ перешли в ЦСК ВВС, который является фармом «Лады». У вас был такой вариант? Поехать в Самару, а там, глядишь, в КХЛ бы подняли?

— У меня уже возраст такой: либо ты в КХЛ, либо уже в ВХЛ играешь. В Континентальной лиге берут молодых игроков, чтобы воспитывать; с возрастными потяжелей получается. Поэтому такой вариант даже не рассматривал.

— Когда вы играли за АКМ, за команду 1 матч успел провести нападающий сборной Японии Ю Сато. Причем в этой игре он сделал хет-трик.

— И заболел. И у нас в итоге полкоманды после этого случая заболело. Приехал и заразил получается (смеется).

— Как вам общение с Ю Сато?

— Мы спрашивали у него про японскую культуру. Ю Сато — русскоговорящий. Другая культура, другой менталитет — интересно было пообщаться на эти темы.

— Вы же и сами были в Японии?

— Да. Интересная страна. Со своими правилами. Удивило, что нигде на улице нет мусорок. Мусорки есть в кафешках, заведениях, но они внутри. Чтобы чужой мусор не перебирать. Мы постоянно брали с собой мешок и ходили с пакетом мусора по городу.

— Легко ли было ориентироваться в городе? Названия улиц, мест?

— Было везде легко, кроме вокзала. В Токио вокзал связан с метро. Там очень много станций. И мы могли не успеть на поезд. Местные помогли успеть. Местные люди — очень доброжелательные, отзывчивые. Мы задали один вопрос — они сразу пошли помогать, показывать путь, провожали нас — было весело.

— И все это — на английском?

— Да. На ломаном английском, скажем так. Мы сами его не особо знаем (улыбается). Но в этом случае может помочь переводчик в телефоне.

— Что еще необычное в Японии увидели?

— Да там все необычное. Другая культура. Суши пробовали. У них суши совсем другие. Очень вкусные! Советую всем, кто будет в Японии — обязательно поесть суши!

— Это не те суши, что в России, да?

— В большинстве случаев у нас — подобие. Наверное, где-то есть рестораны, которые делают хорошие суши. Но я в таких не был. В Новокузнецке, вот, мне говорили, что есть хороший ресторан с суши, но я туда не ходил. Не хочу что-то переходить с японских суши (улыбается). В Японии суши прям отличаются по вкусу. Сам рис другой, как они его готовят. Рыба. Подача. Разнообразие суши совсем другое там. У нас вот, которые в панировке, там таких вообще нет.

— В следующем отпуске какую бы страну хотели посетить?

— Еще не думал. Азия интересна. Тайвань, Филиппины, а может Камбоджа.

— Получается, что в Азии вы и поиграть успели. В Казахстане.

— Да. Тоже интересный опыт. Но я играл в Усть-Каменогорске, и там много славян было. По ощущениям, что я больше, как будто, в России находился, а не в Азии.

— Что по уровню хоккея?

— Два сезона играли в ВХЛ. Когда перешли в чемпионат Казахстана — разница имелась. И в плане судейского качества, и в плане игроков. Там такой чуть грязный хоккей был. Были города, когда ты приезжаешь, а тебе даже вещи не стирают. Приходилось вещи стирать самим или скидывались в команде и отвозили куда-то в прачку.

— Самый крутой хоккеист Казахстана, с которым вы играли, это Евгений Рымарев?

— Да. Отличный хоккеист! Видел, что он в Словакии играет. В свое время он с «Югрой» брал Кубок. Евгений — большой профессионал, хорошо относится к хоккею. Хотя у нас возраст чуть разный был, но общение строилось легко. Все было здорово.

— На ваших глазах, можно сказать, проходило становление карьеры Андрея Белозерова, ныне одного из лидеров «Нефтехимика» в КХЛ.

— Мы с ними начали вместе играть в МХЛ-Б, потом в Усть-Каменогорске. Андрюха — сильный парень, мастеровитый. Уже тогда было понятно, что он будет играть в КХЛ. Молодчик! Путь тернист, как говорится, но стоит того.

— Вы играли в Челябинске, в Казани, где есть клубы КХЛ. Хоть какой-то шансик был?

— Возможно был бы, но когда я был молодой, то был хилый. Тяжело было закрепиться. Больше играл в пас, мало было силовой борьбы. Может из-за этого меня даже и не рассматривали. А значит не было и шанса.

— Как с хилостью надо было бороться?

— Кушать больше. Но видимо у меня такой метаболизм был (смеется).

— Сейчас как? Побольше кушаете?

— Сейчас все хорошо и уже надо поменьше кушать (смеется).

— Вы когда в Устинке играли, то говорили, чтобы хорошо задался день нужна чашечка кофе и хороший завтрак.

— Сейчас бы я уже поменял кофе на чай. Кофе пью меньше. Особенно по утрам. Сейчас больше чайная история. А завтрак — он очень даже обязателен. Особенно для спортсменов.

— Почему решили отказаться от кофе?

— Был момент, когда было высокое давление. Отказался от кофе и больше пил чаи. А когда в Новокузнецк приехал, тут у нас Данька Апальков — он гуру чая! Если бы он приехал в Китай, думаю, он мог бы местных сам учить, как правильно пить чай (улыбается). Даниил нам и привил привычку пить чай. Теперь тоже его пьем, разбираемся в разных сортах. Нравится!

— Хороший завтрак для вас — это какой?

— Яйца, овощей каких-нибудь, чтобы была клетчатка. Еще мне нравятся брускетты с авокадо. Каши, все это молочное с утра — для меня не очень. Сосиски и бекон? Нет, стараюсь без этого.

— А как самый классный выходной для вас должен проходить?

— Знаете, был такой день. Это было в Казахстане, когда выдался выходной. Мы поехали на природу. У меня супруга рисует картины. Увидели прекрасное место, чтобы порисовать. И все — проводили там время. Лошади красиво дополняли пейзаж. Вот, для меня это было лучшим выходным — проведение времени на природе с семьей и с хорошим настроением.

— Супруга рисовала, а вы? Тюбики с краской подавали?

— А я бегал вокруг (смеется).

— Супруга ваш портрет рисовала?

— Да, недавно у нас был такой опыт, что мы друг друга рисовали. Супруга даже выставляла видео. Забавно получилось. Она меня хорошо нарисовала, а я вот — как получилось (улыбается). «Уже хоть что-то, есть к чему стремиться» — такой был вердикт по моей работе.

— У вас какое хобби?

— Посмотреть сериалы, поиграть в компьютер, время с супругой провожу, погулять.

— Когда вы играли в Устинке, про вас говорили, что вы самый позитивный и улыбчивый хоккеист в команде. С того времени что-то поменялось?

— Я по жизни таким был и таким остаюсь. Веселый обычный парень. Без каких-то там заморочек. Общаюсь со всеми одинаково.

— Кто в плане позитива и улыбчивости вам составляет конкуренцию в «Металлурге»?

— Да у нас много веселых ребят в команде. Кого вот прям так назвать? Кто самый веселый? Влад Кодола, наш белорус (улыбается).

— Как вас зовут в команде: Ви́но или Вино?

— Вино. Вини — так бывает называют.

— Это сокомандники. А тренеры?

— Андрей. Виноградов!!! (смеется) Да не, также могут называть, как и парни. Нормально.

— Вы родились в Златоусте. Там и начинали играть?

— Все верно. До 5 класса там играл, на открытой площадке — по области, «Золотая шайба» была. Интересно было, веселое время и беззаботное — играли в хоккей, веселись и радовались жизни, получали удовольствие!

— Не холодно было играть на открытой площадке?

— Как-то вообще нет. Даже при «-30» оденешься потеплей — и нормально. Руки замерзают, но ничего — выйдешь, бросаешь шайбу. И даже не думаешь о холоде. Для нас это было нормой.

— Ваш дом сейчас где?

— В Челябинске. Но бываю в Златоусте, там бабушка и дедушка. В отпуске приезжаем навестить.

— Вы самый известный хоккеист в истории Златоуста?

— Нет. Есть Никита Коровкин, он был на драфте НХЛ, играл в КХЛ. Так что не самый известный получается (улыбается).

— Ну, это, может быть пока. Что пожелаете себе, команде, болельщикам?