Артем Кузякин: нынешняя команда посильнее по уровню мастерства
22-летний нападающий «Магнитки» Артем Кузякин рассказал о себе и своем хоккейном пути, этом сезоне и первом раунде Кубка Чемпиона России-2026 против «Торпедо-Горький».
— 4:0 в серии над действующим чемпионом России. Сами ожидали такого результата?
— Просто от игры к игре шли, не было такой задачи, чтобы 4:0 серию закрыть. Была игра — надо ее выиграть, следующая игра — ее тоже надо выиграть. Так и получилось. Не сказать, что это была легкая серия, она была непростая. Свою борьбу соперник нам навязал, показывал иногда неплохой хоккей, но мы гнули свою линию, и вот так получилось, что 4:0. Могло быть по-другому, конечно, но получилось именно так.
— Как-то ощущалось, что играете против действующего чемпиона России?
— Нет. Я вообще об этом даже не думал, готовился как к обычному сопернику. Нам показывали видео, мы его разбирали. Так готовимся против любой команды. Теперь вот «Химик». Нет ни страха, ни мандража. Просто играем.
— Ваше игровое время увеличилось в плей-офф почти в два раза, но очки вы не набрали. Что в этом случае происходило в вашей голове?
— Конечно, очки всегда приятно набирать. Но, я думаю, что, выполняя свою работу, очки — они всегда придут в нужный момент. Надо выполнять на льду правильные действия, которые тренер ждет от тебя, прежде всего. А очки всегда придут. В серии с «Торпедо-Горький» я хоть и не набрал очков, но сделал немало черновой работы для команды, чтобы внести свой вклад в победу.
— При этом, последний раз вы забивали 31 января. Думали о том, что не выходит в завершающей стадии?
— Я могу сказать, что когда подолгу не забиваешь, уверенность все равно пропадает. Надо просто переломить это. Я особо на этом не зацикливаюсь. Хотя правильно, что на очки, голы и передачи смотрят, но, прежде всего, надо показывать качественный хоккей. Не все нападающие могут забивать по тридцать шайб за сезон. У каждого свои цели и задачи. У меня есть такая задача, чтобы забивать и отдавать. Этого хочется, но пока вот так. Надеюсь, в дальнейшем будет время показать себя: забить и отдать в нужный момент.
— Что «Магнитке» в серии с нижегородцами удалось показать нового из того арсенала, что команда не показывала в регулярном чемпионате, и это помогло выиграть?
— Каких-то новых фишек не было. Мы как коллектив очень хорошо себя показали в первом раунде. Все были друг за друга, очень сплоченно мы шли от игры к игре. По тактике, по комбинациям было все, как обычно. Нам все объяснили, показали, и мы выполняли это дальше.
— Вы уже сказали о том, что играли против «Торпедо-Горький» как и против любой другой команды. Но все-таки что дала хоккеистам «Магнитки» победа в серии над действующим чемпионом?
— Эта победа нам больше отдыха дала, потому что концовка регулярного чемпионата у нас была тяжелая. Учитывая первые две игры в плей-офф, мы через день семь матчей сыграли, если брать во внимание наши игры за «Металлург» в КХЛ, куда нас вызвали. Не могу сказать, что победа над действующим чемпионом дала нам какой-то суперуверенности. Прошли первый раунд — все хорошо. Впереди — второй раунд. Просто пошагово мы идем дальше.
— Судя по итоговому результату, серия была легкой, а в чем были трудности?
— Лично для меня показалось, что первые игры, которые состоялись в Магнитогорске, «Торпедо-Горький» «отдыхало», думая, что им будет попроще, чем оказалось на самом деле. Они приехали, пытались вывести нас на эмоции. Это происходило даже на предматчевой разминке.
— Серьезно? А как они это делали?
— Подъезжали к нашему вратарю Джелал-Ад-Дину Амирбекову, что-то ему говорили. Пытались нас вывести, но, как по мне, не в ту игру они начали играть. «Торпедо-Горький» — хорошая команда, умеет играть в хоккей. В прошлом сезоне они это показали, в этот раз вышли в плей-офф, сыграли достойно первый раунд, несмотря на 4:0 в нашу пользу. Но не в то русло они свои силы направили в первых двух матчах. Пытались не в хоккей нас обыграть, если сказать по-простому.
— Кирилл Жуков третий матч серии первого раунда доигрывал в коньках главного тренера Евгения Полозова. А у вас были проблемы с экипировкой?
— Кирилл играл в одном коньке главного тренера: один был свой, а второй — Евгения Анатольевича. У меня проблем не было. Но вот Кирюха, да: один свой конек, другой — тренерский. У него на ботинке люверс оторвался, куда засовывается шнурок. Но ничего, Кирюха — молодчик: забивал, отдавал. Хотя он защитник, не нападающий.
— В концовке регулярки вам довелось поиграть за «Металлург» пару игр. В чем были сложности переключения с ВХЛ на КХЛ?
— Сложностей не было. Если по-честному, когда ехал, думал, размышлял: первые игры, волнение присутствовало. Сыграл буквально первую смену, потом просто игра пошла и все. Когда ты на адреналине играешь, тебе все легче дается. Ты бежишь, все получается по-другому в отличие от того, когда ты играешь в сезоне. Там у тебя все ровненько идет. А когда нас с пацанами подняли в первую команду, присутствовал адреналин: хотелось доказать, что-то показать, проявить себя. Кто знает? Может, это единственный шанс проявить себя. Старался, не сказал, что было очень тяжело. Возможно, это было связано с тем, что это была концовка регулярного чемпионата. В «Тракторе» и «Локомотиве» игроки готовились к плей-офф, поэтому прекрасно все понимали, что им не нужно было никаких лишних травм. Не думаю, что они играли против нас на сто процентов. Может быть, поэтому не было трудно.
— Давайте вспомним о том, как вы пришли в хоккей.
— Я вообще в детстве много чем занимался. С четырех лет каратэ очень неплохо занимался, были успехи: выигрывал Центральный федеральный округ. В последнем своем турнире проиграл на предварительном этапе, а во всех турнирах до этого выходил в финал, где побеждал. И только однажды занял второе место. А потом меня как срубило, не знаю, что случилось в моей голове. Я тогда параллельно начал заниматься хоккеем и плаванием, а каратэ вдруг резко расхотелось заниматься в семь лет. Хотя тренер меня уговаривал остаться. Плаваньем тоже занимался серьезно: участвовал в первенстве Москвы, ездил на первенство России. В хоккей же я пришел в семь лет.
— Как в нем оказались?
— Мама записала на фигурное катание. Родители искали, что мне будет по душе. Моя мама тоже им занималась на любительском уровне. И она однажды взяла меня с собой на тренировку. У кого-то одолжили коньки. Я пришел, стал кататься по кругу с этими зубчиками и постоянно спотыкался. Я кататься умел, потому что раньше с дедом ходили на каток в деревне, в которой жили — Вороново под Подольском. Зимой на Новый год туда всегда с родителями приезжали. На фигурное катание походил месяц, потом родители решили отдать в хоккей. Первые тренировки были смешные. Я боялся вообще подъезжать бороться за шайбу. Нас на льду собиралось человек двадцать, одну шайбу закидывали, и мы всей гурьбой играли в хоккей. Помню, родители сидели на трибунах, я в центральном круге, а шайбу где-то в углу и за нее борются эти двадцать пацанов, а родители мне кричат: «Иди, отбирай!». Я вижу эту кучу-малу и думаю да ну ее нафиг, я не поеду. Но занятия хоккеем мне понравились. В любом начинании мне хочется быть лучшим. Так было и в хоккее. Тренировался, тренировался, меня родители начали отдавать на подкатки в Москву. Я просыпался дома в Подольске в пять утра, меня родители везли на машине до Москвы. Так было два раза в неделю, родители за дополнительные занятия отдавали очень много денег, вкладывали в меня. После подкаток я возвращался в Подольск, шел в школу, потом на тренировку. Я очень горел желанием заниматься всем этим, мне было интересно. Родителям большое спасибо, они очень многое сделали для меня. С ними всегда на связи, ежедневно созваниваемся.
— Кто еще в семье связан со спортом?
— Старший брат Андрей. Мы с ним вместе занимались каратэ, я пришел на год позже, и сразу во мне зародилось стремление стать лучше, чем он, всех выигрывать. И в плане каратэ у нас с ним было соперничество, могли даже дома подраться.
— Кто из тренеров «Витязя» вложил в Артема Кузякина многое из того, что он умеет сейчас?
— Выделю Ивана Юрьевича Пономарева. Можно сказать, что он мой первый тренер. У нас две группы было. Под Москвой возле МКАДа есть район Коммунарка, и там есть команда «Прометей». И был «Витязь». Это была одна команда. Однажды я уехал из «Витязя» в «Прометей». Играл за «Прометей» год, а потом «Прометей» и «Витязь» совместили. Поэтому сначала я несколько лет тренировался в «Витязе», а потом в «Прометее».
— Непростая схема.
— У нас был спонсор, чей сын Александр Селецкий играл в нашей команде. Сейчас Саня играет в Америке за один из университетов, мы с ним на связи. А тогда, благодаря его отцу, наша команда проводила богатые сборы за границей: в Швейцарии, в Финляндии, в Италии.
— Помогало?
— Прикольно, конечно. Мы тогда мелкие были, по горам бегали с Иваном Юрьевичем Пономаревым. Из тренеров, вложивших в меня, могу отметить Юрия Анатольевича Тряскина. Он был вторым тренером и тренером второго состава. Когда уже переехал в Магнитку, здесь большой вклад внес Станислав Андреевич Шумик, поверил в меня. А по молодежке могу отметить Николая Лемтюгова.
— Его многие молодые игроки отмечают.
— Он со своего опыта нам рассказывал. С ним было интересно работать, потому что он не так давно окончил карьеру, и был с нами на одной волне, работая тренером по нападающим в «Стальных Лисах». Лемтюгов внес большой вклад в мое развитие. Я прогрессировал в «Стальных Лисах», считаю, неплохо это делал, за исключением последнего сезона. Он мне многое подсказывал. Я до сих пор с ним на связи. Если какие-то проблемы, условно что-то не идет, он всегда открыт для разговора. Ему можно набрать, он подскажет, поможет. Ему тоже огромное спасибо.
— Александр Мирзабалаев, Павел Тютнев были постарше. В «Витязе» играл еще Кирилл Жуков. Пересекались тогда?
— С Жуковым я в одной команде вообще был. Тютнева я не знал, он там был недолго, а за Саней Мирзабалаевым мы следили, потому что 2002-й год был очень сильный, они все, что возможно повыигрывали. Очень хорошая команда была, и тренер Геннадий Курдин. Много хороших игроков из того «Витязя» вышло. Тот же Марат Хуснутдинов, который играет в НХЛ. С Саней Мирзабалаевым я тогда лично не был знаком, но когда он приехал играть за «Магнитку», мы с ним быстро подружились. Нам было о чем поговорить, вспомнить время в школе «Витязя».
— Чем, как хоккеист, силен Александр Мирзабалаев?
— У него два, и даже три козыря. Во-первых, хорошая стартовая скорость, он с места вообще любого может в лиге обыграть, причем с шайбой. Во-вторых, у него хороший бросок, ну и дриблинг. Он может и подкрутить, все, что угодно может сделать с соперником. Я считаю, вот эти три аспекта в нем есть такие, которые могут решить игру. Конечно, такой игрок на вес золота для нашей команды.
— У вас не было возможности поиграть в московских школах? Зачем надо было ехать в Магнитогорск?
— В московских школах свои заморочки, извилины, так скажем. Когда встал вопрос по моему переходу, папа начал им заниматься, куда мне можно было перейти, и чтобы это пошло мне в плюс. И тогда он мне назвал два варианта, куда мне можно было съездить на просмотр. Это был «Металлург» и «Авангард». Эти команды позвали меня на просмотр. Если говорить о Магнитогорске, то я знал здесь изначально только одного человека — Кирилла Жукова, и я согласился с отцом, сказав ему: «Давай, съездим в „Металлург“». Все, я приехал сюда на просмотр, сыграл две товарищеские игры с командой 2003 года. Потом Станислав Андреевич Шумик предложил подписать контракт, и я летом приехал на сборы.
— За две просмотровые игры достаточно забили?
— Ничего не забил, просто хорошо сыграл, понравился тренерам. Ничего плохого не делал, шайбу не терял, думаю, хорошо смотрелся.
— В Магнитогорск приезжали один?
— На просмотр с папой. А потом я переехал в Магнитогорск и жил здесь с мамой. Мама сразу сказала, что я не буду жить на базе, а только в съемной квартире. Она меня тут кормила, следила за тем, чтобы я ходил вовремя в школу. Родители думали, что я один, без присмотра стану максимальным разгильдяем, на школу забью, потому что для мамы и папы учеба важна по сей день.
— Родители до сих пор в Подольске?
— Они сейчас живут в селе Вороново с бабушкой и дедушкой вчетвером, а брат живет в Подольске.
— Родители смотрели, как «Магнитка» играет вживую?
— Конечно. Папа приезжал в Нижний Новгород на четвертый матч серии. Собираются приехать на третью и четвертую игру против «Химика». Как раз в это время будет мой день рождения.
— В хоккейной школе «Металлург» с кем дружили?
— С Романом Канцеровым. В раздевалке рядом с ним сидели, и так заобщались. Еще в «Лисах» играл Всеволод Комаров и Валек Жугин, который сейчас за «Магнитку» выступает.
— Получается, Станислав Шумик был вашим тренером в Магнитогорске. Какую роль он сыграл в становлении Артема Кузякина как профессионального хоккеиста?
— Станислав Андреевич дал мне доверие, уверенность просто почувствовать себя. По детской школе я всегда был неплохим игроком. Но последние сезон-полтора в «Витязе» просел эмоционально, психологически. Мне было тяжело, потому что я с таким еще не сталкивался: меня начали присаживать, я игры пропускал. На фоне этого будто бы разучился играть в хоккей. Поэтому родители начали искать какие-то выходы. Оставаться там не было смысла, потому что толком не играл.
— Тренер не доверял?
— Ну, как... Кстати, тренером «Витязя» тогда был Игорь Владимирович Гришин, который сейчас в «Нефтехимике». С ним работали два сезона. Первый сезон я играл в первом звене, он мне доверял. Но потом у меня пошли болезни, а он тренер очень серьезный, тренировал до этого сборную России, работал с 98-м годом в «Витязе», много чего выигрывали ребята. Я начал болеть и переживать. Каждые две недели заболевал, причем ментально. В связи с этим меня вместо первого звена сажали в запас, говорили, что надо потренироваться. Было тяжело выбираться из-за этого, перестало получаться. Внутри себя съел, и все. Был момент, когда меня присадили на матчей шесть, я их пропустил. До этого в жизни никогда столько матчей не пропускал. Тогда мы с родителями решили сменить обстановку. Так я оказался в Магнитогорске у Станислава Андреевича.
— Вы тогда ощущали, что Гришин специалист не для детского хоккея?
— Да, это чувствовалось по тренировкам. До него у нас были обычные тренировки, а когда пришел Гришин, они стали как в профессиональной команде КХЛ.
— В школе хорошо учились?
— Очень хорошо. На ЕГЭ сдавал физику, информатику, профильную математику, русский язык. За физику переживал, получил 62 балла, по остальным предметам от 70 баллов. Учился хорошо, троек в аттестате не было.
— Мама за этим следила?
— Она и до сих пор за мной следит, чтобы я хорошо в институте учился. Сейчас на пятом курсе МГТУ по специальности: информационная безопасность автоматизированных систем. Следующей зимой диплом, а у меня долги накопились. После сезона пойду решать все проблемы.
— Тяжело учиться на таком факультете и параллельно играть в хоккей?
— На самом деле, очень трудно. За пять лет из Магнитогорска никуда не уезжал, даже отдыхать. Максимум зимой на Новый год к родителям два раза за пять лет прилетал, а отдыхать не уезжал, потому что сразу после окончания сезона я шел учиться. По всем предметам мне надо сдавать задания, приходить в МГТУ и защищать их.
— А кто в «Магнитке» так же с физикой и математикой на «ты»?
— Знаю, что Макар Ваулин сдавал информатику, но точно никто больше не учится на таком факультете.
— Как вам дался переход с МХЛ в ВХЛ? Трудно было?
— Если честно, то не было трудно. Последний сезон в МХЛ в «Стальных Лисах» получился не очень хорошим. С «Магниткой» подписал контракт на два года, понимал, что мне надо работать. Понимал, что у меня будет новый тренер. А новый тренер это как новая жизнь. Понимал, что все начнется с чистого листа. Нужно просто начать работать, и начинать играть нормально в хоккей. Не переживать за прошлое, ни к чему не возвращаться. Как заново начать играть, и все. Переход дался неплохо. Во всяком случае, не было тяжело.
— Учеба занимает все свободное время. Возможно, вы любите рыбалку, как Кирилл Жуков или любите читать, как Алексей Фурса?
— Рыбачить — не рыбачу, книги тоже не читаю, к сожалению. Никогда не читал книги даже в школе, только краткое содержание. Хобби? Очень сильно люблю поиграть в НХЛ на PlayStation. В онлайн рублюсь, часик разгрузиться.
— Получается, опять хоккей?
— Ну да. Когда я начинал играть в Play Station, всех обыгрывал без шансов. Мы с Канцеровым играли в «плойку», он иногда на сборы брал по школе. У меня недавно появился PlayStation, купил НХЛ, зашел, и меня каждый раздевает, как хочет. Сидишь, кипишь, нервы тратишь. Мне хотелось научиться выигрывать. И все, после тренировки мог прийти, поиграть, потом учебой заняться. Но с головой в игры уходить нельзя — часа в день хватает. В Counter-Strike, в Pack играем.
— Если говорить о реальном хоккее, то Роман Канцеров неплохо поиграл в хоккей в регулярном чемпионате КХЛ, забив 36 голов. Как такое возможно для 21-летнего парня?
— У Ромки еще с детской школы есть голевое чутье и лазерный по точности бросок. Он вообще молодчик, парень — работяга. Я бы не сказал, что у него есть какай-то суперталант. Но у него есть чему научиться. Хотя я понимаю, что мы одного возраста, но мне есть чему поучиться у Ромки. Он всегда был работягой, тренировался на полную, отдавался. Поэтому к нему никаких вопросов нет. Почему он столько забил, для меня все предельно понятно.
— Почему вы играете под 77-м номером?
— Родители родились в этот год. С детства играл под седьмым номером. И число красивое, и родители 77-го года рождения.
— Что не хватило «Магнитке» в прошлом сезоне, чтобы преодолеть второй раунд?
— Я за четыре игры до плей-офф сломал палец, оскольчатый перелом. Надолго выбыл. По сути, не должен был выходить против питерского «Динамо». Главный тренер Евгений Полозов и капитан команды Никита Жлоба спросили, смогу ли я помочь команде. Я сыграл три игры, мы проиграли серию 2:4. Играть-то хотелось. Я почти весь регулярный чемпионат отыграл кроме последнего матча, когда «Магнитка» оформила путевку в плей-офф. На тренировке при розыгрыше большинства защитник Никита Новиков щелчком попал мне в палец. И вот я в серии против «Динамо» вышел с маленьким гипсом на пальце, который у меня не сгибался, был выпрямленным. Играть в плей-офф сильно хотелось. Хотя доктор Максим Зубков согласия не давал, но разрешил на мой страх и риск. Я вышел: кусался, бегал, бодался, а бросить не мог, но зато один пас отдал — больше, чем сейчас очков набрал. Обидно, что тогда в Питере проиграли ключевой овертайм при счете 2:2 в серии.
— В чем разница между «Магниткой» нынешней и прошлогодней?
— По крайней мере, у нас уже есть опыт. Отрицательный, но тоже опыт. Нынешняя команда посильнее по уровню мастерства. Самое главное, что есть опыт. Мастерства у нас предостаточно. Я бы не сказал, что у нас мастерства меньше, чем у «Химика». Поэтому нам все по силам.
— 4:0 в серии над действующим чемпионом России. Сами ожидали такого результата?
— Просто от игры к игре шли, не было такой задачи, чтобы 4:0 серию закрыть. Была игра — надо ее выиграть, следующая игра — ее тоже надо выиграть. Так и получилось. Не сказать, что это была легкая серия, она была непростая. Свою борьбу соперник нам навязал, показывал иногда неплохой хоккей, но мы гнули свою линию, и вот так получилось, что 4:0. Могло быть по-другому, конечно, но получилось именно так.
— Как-то ощущалось, что играете против действующего чемпиона России?
— Нет. Я вообще об этом даже не думал, готовился как к обычному сопернику. Нам показывали видео, мы его разбирали. Так готовимся против любой команды. Теперь вот «Химик». Нет ни страха, ни мандража. Просто играем.
— Ваше игровое время увеличилось в плей-офф почти в два раза, но очки вы не набрали. Что в этом случае происходило в вашей голове?
— Конечно, очки всегда приятно набирать. Но, я думаю, что, выполняя свою работу, очки — они всегда придут в нужный момент. Надо выполнять на льду правильные действия, которые тренер ждет от тебя, прежде всего. А очки всегда придут. В серии с «Торпедо-Горький» я хоть и не набрал очков, но сделал немало черновой работы для команды, чтобы внести свой вклад в победу.
— При этом, последний раз вы забивали 31 января. Думали о том, что не выходит в завершающей стадии?
— Я могу сказать, что когда подолгу не забиваешь, уверенность все равно пропадает. Надо просто переломить это. Я особо на этом не зацикливаюсь. Хотя правильно, что на очки, голы и передачи смотрят, но, прежде всего, надо показывать качественный хоккей. Не все нападающие могут забивать по тридцать шайб за сезон. У каждого свои цели и задачи. У меня есть такая задача, чтобы забивать и отдавать. Этого хочется, но пока вот так. Надеюсь, в дальнейшем будет время показать себя: забить и отдать в нужный момент.
— Что «Магнитке» в серии с нижегородцами удалось показать нового из того арсенала, что команда не показывала в регулярном чемпионате, и это помогло выиграть?
— Каких-то новых фишек не было. Мы как коллектив очень хорошо себя показали в первом раунде. Все были друг за друга, очень сплоченно мы шли от игры к игре. По тактике, по комбинациям было все, как обычно. Нам все объяснили, показали, и мы выполняли это дальше.
— Вы уже сказали о том, что играли против «Торпедо-Горький» как и против любой другой команды. Но все-таки что дала хоккеистам «Магнитки» победа в серии над действующим чемпионом?
— Эта победа нам больше отдыха дала, потому что концовка регулярного чемпионата у нас была тяжелая. Учитывая первые две игры в плей-офф, мы через день семь матчей сыграли, если брать во внимание наши игры за «Металлург» в КХЛ, куда нас вызвали. Не могу сказать, что победа над действующим чемпионом дала нам какой-то суперуверенности. Прошли первый раунд — все хорошо. Впереди — второй раунд. Просто пошагово мы идем дальше.
— Судя по итоговому результату, серия была легкой, а в чем были трудности?
— Лично для меня показалось, что первые игры, которые состоялись в Магнитогорске, «Торпедо-Горький» «отдыхало», думая, что им будет попроще, чем оказалось на самом деле. Они приехали, пытались вывести нас на эмоции. Это происходило даже на предматчевой разминке.
— Серьезно? А как они это делали?
— Подъезжали к нашему вратарю Джелал-Ад-Дину Амирбекову, что-то ему говорили. Пытались нас вывести, но, как по мне, не в ту игру они начали играть. «Торпедо-Горький» — хорошая команда, умеет играть в хоккей. В прошлом сезоне они это показали, в этот раз вышли в плей-офф, сыграли достойно первый раунд, несмотря на 4:0 в нашу пользу. Но не в то русло они свои силы направили в первых двух матчах. Пытались не в хоккей нас обыграть, если сказать по-простому.
— Кирилл Жуков третий матч серии первого раунда доигрывал в коньках главного тренера Евгения Полозова. А у вас были проблемы с экипировкой?
— Кирилл играл в одном коньке главного тренера: один был свой, а второй — Евгения Анатольевича. У меня проблем не было. Но вот Кирюха, да: один свой конек, другой — тренерский. У него на ботинке люверс оторвался, куда засовывается шнурок. Но ничего, Кирюха — молодчик: забивал, отдавал. Хотя он защитник, не нападающий.
— В концовке регулярки вам довелось поиграть за «Металлург» пару игр. В чем были сложности переключения с ВХЛ на КХЛ?
— Сложностей не было. Если по-честному, когда ехал, думал, размышлял: первые игры, волнение присутствовало. Сыграл буквально первую смену, потом просто игра пошла и все. Когда ты на адреналине играешь, тебе все легче дается. Ты бежишь, все получается по-другому в отличие от того, когда ты играешь в сезоне. Там у тебя все ровненько идет. А когда нас с пацанами подняли в первую команду, присутствовал адреналин: хотелось доказать, что-то показать, проявить себя. Кто знает? Может, это единственный шанс проявить себя. Старался, не сказал, что было очень тяжело. Возможно, это было связано с тем, что это была концовка регулярного чемпионата. В «Тракторе» и «Локомотиве» игроки готовились к плей-офф, поэтому прекрасно все понимали, что им не нужно было никаких лишних травм. Не думаю, что они играли против нас на сто процентов. Может быть, поэтому не было трудно.
— Давайте вспомним о том, как вы пришли в хоккей.
— Я вообще в детстве много чем занимался. С четырех лет каратэ очень неплохо занимался, были успехи: выигрывал Центральный федеральный округ. В последнем своем турнире проиграл на предварительном этапе, а во всех турнирах до этого выходил в финал, где побеждал. И только однажды занял второе место. А потом меня как срубило, не знаю, что случилось в моей голове. Я тогда параллельно начал заниматься хоккеем и плаванием, а каратэ вдруг резко расхотелось заниматься в семь лет. Хотя тренер меня уговаривал остаться. Плаваньем тоже занимался серьезно: участвовал в первенстве Москвы, ездил на первенство России. В хоккей же я пришел в семь лет.
— Как в нем оказались?
— Мама записала на фигурное катание. Родители искали, что мне будет по душе. Моя мама тоже им занималась на любительском уровне. И она однажды взяла меня с собой на тренировку. У кого-то одолжили коньки. Я пришел, стал кататься по кругу с этими зубчиками и постоянно спотыкался. Я кататься умел, потому что раньше с дедом ходили на каток в деревне, в которой жили — Вороново под Подольском. Зимой на Новый год туда всегда с родителями приезжали. На фигурное катание походил месяц, потом родители решили отдать в хоккей. Первые тренировки были смешные. Я боялся вообще подъезжать бороться за шайбу. Нас на льду собиралось человек двадцать, одну шайбу закидывали, и мы всей гурьбой играли в хоккей. Помню, родители сидели на трибунах, я в центральном круге, а шайбу где-то в углу и за нее борются эти двадцать пацанов, а родители мне кричат: «Иди, отбирай!». Я вижу эту кучу-малу и думаю да ну ее нафиг, я не поеду. Но занятия хоккеем мне понравились. В любом начинании мне хочется быть лучшим. Так было и в хоккее. Тренировался, тренировался, меня родители начали отдавать на подкатки в Москву. Я просыпался дома в Подольске в пять утра, меня родители везли на машине до Москвы. Так было два раза в неделю, родители за дополнительные занятия отдавали очень много денег, вкладывали в меня. После подкаток я возвращался в Подольск, шел в школу, потом на тренировку. Я очень горел желанием заниматься всем этим, мне было интересно. Родителям большое спасибо, они очень многое сделали для меня. С ними всегда на связи, ежедневно созваниваемся.
— Кто еще в семье связан со спортом?
— Старший брат Андрей. Мы с ним вместе занимались каратэ, я пришел на год позже, и сразу во мне зародилось стремление стать лучше, чем он, всех выигрывать. И в плане каратэ у нас с ним было соперничество, могли даже дома подраться.
— Кто из тренеров «Витязя» вложил в Артема Кузякина многое из того, что он умеет сейчас?
— Выделю Ивана Юрьевича Пономарева. Можно сказать, что он мой первый тренер. У нас две группы было. Под Москвой возле МКАДа есть район Коммунарка, и там есть команда «Прометей». И был «Витязь». Это была одна команда. Однажды я уехал из «Витязя» в «Прометей». Играл за «Прометей» год, а потом «Прометей» и «Витязь» совместили. Поэтому сначала я несколько лет тренировался в «Витязе», а потом в «Прометее».
— Непростая схема.
— У нас был спонсор, чей сын Александр Селецкий играл в нашей команде. Сейчас Саня играет в Америке за один из университетов, мы с ним на связи. А тогда, благодаря его отцу, наша команда проводила богатые сборы за границей: в Швейцарии, в Финляндии, в Италии.
— Помогало?
— Прикольно, конечно. Мы тогда мелкие были, по горам бегали с Иваном Юрьевичем Пономаревым. Из тренеров, вложивших в меня, могу отметить Юрия Анатольевича Тряскина. Он был вторым тренером и тренером второго состава. Когда уже переехал в Магнитку, здесь большой вклад внес Станислав Андреевич Шумик, поверил в меня. А по молодежке могу отметить Николая Лемтюгова.
— Его многие молодые игроки отмечают.
— Он со своего опыта нам рассказывал. С ним было интересно работать, потому что он не так давно окончил карьеру, и был с нами на одной волне, работая тренером по нападающим в «Стальных Лисах». Лемтюгов внес большой вклад в мое развитие. Я прогрессировал в «Стальных Лисах», считаю, неплохо это делал, за исключением последнего сезона. Он мне многое подсказывал. Я до сих пор с ним на связи. Если какие-то проблемы, условно что-то не идет, он всегда открыт для разговора. Ему можно набрать, он подскажет, поможет. Ему тоже огромное спасибо.
— Александр Мирзабалаев, Павел Тютнев были постарше. В «Витязе» играл еще Кирилл Жуков. Пересекались тогда?
— С Жуковым я в одной команде вообще был. Тютнева я не знал, он там был недолго, а за Саней Мирзабалаевым мы следили, потому что 2002-й год был очень сильный, они все, что возможно повыигрывали. Очень хорошая команда была, и тренер Геннадий Курдин. Много хороших игроков из того «Витязя» вышло. Тот же Марат Хуснутдинов, который играет в НХЛ. С Саней Мирзабалаевым я тогда лично не был знаком, но когда он приехал играть за «Магнитку», мы с ним быстро подружились. Нам было о чем поговорить, вспомнить время в школе «Витязя».
— Чем, как хоккеист, силен Александр Мирзабалаев?
— У него два, и даже три козыря. Во-первых, хорошая стартовая скорость, он с места вообще любого может в лиге обыграть, причем с шайбой. Во-вторых, у него хороший бросок, ну и дриблинг. Он может и подкрутить, все, что угодно может сделать с соперником. Я считаю, вот эти три аспекта в нем есть такие, которые могут решить игру. Конечно, такой игрок на вес золота для нашей команды.
— У вас не было возможности поиграть в московских школах? Зачем надо было ехать в Магнитогорск?
— В московских школах свои заморочки, извилины, так скажем. Когда встал вопрос по моему переходу, папа начал им заниматься, куда мне можно было перейти, и чтобы это пошло мне в плюс. И тогда он мне назвал два варианта, куда мне можно было съездить на просмотр. Это был «Металлург» и «Авангард». Эти команды позвали меня на просмотр. Если говорить о Магнитогорске, то я знал здесь изначально только одного человека — Кирилла Жукова, и я согласился с отцом, сказав ему: «Давай, съездим в „Металлург“». Все, я приехал сюда на просмотр, сыграл две товарищеские игры с командой 2003 года. Потом Станислав Андреевич Шумик предложил подписать контракт, и я летом приехал на сборы.
— За две просмотровые игры достаточно забили?
— Ничего не забил, просто хорошо сыграл, понравился тренерам. Ничего плохого не делал, шайбу не терял, думаю, хорошо смотрелся.
— В Магнитогорск приезжали один?
— На просмотр с папой. А потом я переехал в Магнитогорск и жил здесь с мамой. Мама сразу сказала, что я не буду жить на базе, а только в съемной квартире. Она меня тут кормила, следила за тем, чтобы я ходил вовремя в школу. Родители думали, что я один, без присмотра стану максимальным разгильдяем, на школу забью, потому что для мамы и папы учеба важна по сей день.
— Родители до сих пор в Подольске?
— Они сейчас живут в селе Вороново с бабушкой и дедушкой вчетвером, а брат живет в Подольске.
— Родители смотрели, как «Магнитка» играет вживую?
— Конечно. Папа приезжал в Нижний Новгород на четвертый матч серии. Собираются приехать на третью и четвертую игру против «Химика». Как раз в это время будет мой день рождения.
— В хоккейной школе «Металлург» с кем дружили?
— С Романом Канцеровым. В раздевалке рядом с ним сидели, и так заобщались. Еще в «Лисах» играл Всеволод Комаров и Валек Жугин, который сейчас за «Магнитку» выступает.
— Получается, Станислав Шумик был вашим тренером в Магнитогорске. Какую роль он сыграл в становлении Артема Кузякина как профессионального хоккеиста?
— Станислав Андреевич дал мне доверие, уверенность просто почувствовать себя. По детской школе я всегда был неплохим игроком. Но последние сезон-полтора в «Витязе» просел эмоционально, психологически. Мне было тяжело, потому что я с таким еще не сталкивался: меня начали присаживать, я игры пропускал. На фоне этого будто бы разучился играть в хоккей. Поэтому родители начали искать какие-то выходы. Оставаться там не было смысла, потому что толком не играл.
— Тренер не доверял?
— Ну, как... Кстати, тренером «Витязя» тогда был Игорь Владимирович Гришин, который сейчас в «Нефтехимике». С ним работали два сезона. Первый сезон я играл в первом звене, он мне доверял. Но потом у меня пошли болезни, а он тренер очень серьезный, тренировал до этого сборную России, работал с 98-м годом в «Витязе», много чего выигрывали ребята. Я начал болеть и переживать. Каждые две недели заболевал, причем ментально. В связи с этим меня вместо первого звена сажали в запас, говорили, что надо потренироваться. Было тяжело выбираться из-за этого, перестало получаться. Внутри себя съел, и все. Был момент, когда меня присадили на матчей шесть, я их пропустил. До этого в жизни никогда столько матчей не пропускал. Тогда мы с родителями решили сменить обстановку. Так я оказался в Магнитогорске у Станислава Андреевича.
— Вы тогда ощущали, что Гришин специалист не для детского хоккея?
— Да, это чувствовалось по тренировкам. До него у нас были обычные тренировки, а когда пришел Гришин, они стали как в профессиональной команде КХЛ.
— В школе хорошо учились?
— Очень хорошо. На ЕГЭ сдавал физику, информатику, профильную математику, русский язык. За физику переживал, получил 62 балла, по остальным предметам от 70 баллов. Учился хорошо, троек в аттестате не было.
— Мама за этим следила?
— Она и до сих пор за мной следит, чтобы я хорошо в институте учился. Сейчас на пятом курсе МГТУ по специальности: информационная безопасность автоматизированных систем. Следующей зимой диплом, а у меня долги накопились. После сезона пойду решать все проблемы.
— Тяжело учиться на таком факультете и параллельно играть в хоккей?
— На самом деле, очень трудно. За пять лет из Магнитогорска никуда не уезжал, даже отдыхать. Максимум зимой на Новый год к родителям два раза за пять лет прилетал, а отдыхать не уезжал, потому что сразу после окончания сезона я шел учиться. По всем предметам мне надо сдавать задания, приходить в МГТУ и защищать их.
— А кто в «Магнитке» так же с физикой и математикой на «ты»?
— Знаю, что Макар Ваулин сдавал информатику, но точно никто больше не учится на таком факультете.
— Как вам дался переход с МХЛ в ВХЛ? Трудно было?
— Если честно, то не было трудно. Последний сезон в МХЛ в «Стальных Лисах» получился не очень хорошим. С «Магниткой» подписал контракт на два года, понимал, что мне надо работать. Понимал, что у меня будет новый тренер. А новый тренер это как новая жизнь. Понимал, что все начнется с чистого листа. Нужно просто начать работать, и начинать играть нормально в хоккей. Не переживать за прошлое, ни к чему не возвращаться. Как заново начать играть, и все. Переход дался неплохо. Во всяком случае, не было тяжело.
— Учеба занимает все свободное время. Возможно, вы любите рыбалку, как Кирилл Жуков или любите читать, как Алексей Фурса?
— Рыбачить — не рыбачу, книги тоже не читаю, к сожалению. Никогда не читал книги даже в школе, только краткое содержание. Хобби? Очень сильно люблю поиграть в НХЛ на PlayStation. В онлайн рублюсь, часик разгрузиться.
— Получается, опять хоккей?
— Ну да. Когда я начинал играть в Play Station, всех обыгрывал без шансов. Мы с Канцеровым играли в «плойку», он иногда на сборы брал по школе. У меня недавно появился PlayStation, купил НХЛ, зашел, и меня каждый раздевает, как хочет. Сидишь, кипишь, нервы тратишь. Мне хотелось научиться выигрывать. И все, после тренировки мог прийти, поиграть, потом учебой заняться. Но с головой в игры уходить нельзя — часа в день хватает. В Counter-Strike, в Pack играем.
— Если говорить о реальном хоккее, то Роман Канцеров неплохо поиграл в хоккей в регулярном чемпионате КХЛ, забив 36 голов. Как такое возможно для 21-летнего парня?
— У Ромки еще с детской школы есть голевое чутье и лазерный по точности бросок. Он вообще молодчик, парень — работяга. Я бы не сказал, что у него есть какай-то суперталант. Но у него есть чему научиться. Хотя я понимаю, что мы одного возраста, но мне есть чему поучиться у Ромки. Он всегда был работягой, тренировался на полную, отдавался. Поэтому к нему никаких вопросов нет. Почему он столько забил, для меня все предельно понятно.
— Почему вы играете под 77-м номером?
— Родители родились в этот год. С детства играл под седьмым номером. И число красивое, и родители 77-го года рождения.
— Что не хватило «Магнитке» в прошлом сезоне, чтобы преодолеть второй раунд?
— Я за четыре игры до плей-офф сломал палец, оскольчатый перелом. Надолго выбыл. По сути, не должен был выходить против питерского «Динамо». Главный тренер Евгений Полозов и капитан команды Никита Жлоба спросили, смогу ли я помочь команде. Я сыграл три игры, мы проиграли серию 2:4. Играть-то хотелось. Я почти весь регулярный чемпионат отыграл кроме последнего матча, когда «Магнитка» оформила путевку в плей-офф. На тренировке при розыгрыше большинства защитник Никита Новиков щелчком попал мне в палец. И вот я в серии против «Динамо» вышел с маленьким гипсом на пальце, который у меня не сгибался, был выпрямленным. Играть в плей-офф сильно хотелось. Хотя доктор Максим Зубков согласия не давал, но разрешил на мой страх и риск. Я вышел: кусался, бегал, бодался, а бросить не мог, но зато один пас отдал — больше, чем сейчас очков набрал. Обидно, что тогда в Питере проиграли ключевой овертайм при счете 2:2 в серии.
— В чем разница между «Магниткой» нынешней и прошлогодней?
— По крайней мере, у нас уже есть опыт. Отрицательный, но тоже опыт. Нынешняя команда посильнее по уровню мастерства. Самое главное, что есть опыт. Мастерства у нас предостаточно. Я бы не сказал, что у нас мастерства меньше, чем у «Химика». Поэтому нам все по силам.
Пресс-служба ХК «Магнитка»
