Семен Иванов: в идеале нам надо занять место в первой тройке

— Даже не знаю, просто для нас самих лучше занять место повыше, выйти на первое место. Не скажу, что прям такая задача стоит – первое место. В идеале – первая тройка, чтобы начинать плей-офф дома.

— Где-то неделя потребовалась, чтобы отойти. Все-таки столько сил потрачено, эмоций, опустошение какое-то приходит. Думаешь, где что не доделал, где-то не дожал… Тяжело это, конечно. Но потом главное – переключиться, хорошо отдохнуть и нормально войти в следующий сезон.

— Смотрим, таблица очень ровненькая, и там не угадать вообще. Это самое последнее дело – где-то подгадывать, угадывать, на кого выходить. Обычно, если кто-то подгадывает – это потом в обратную сторону играет против него.

— Да, получилось съездить. Я уже, наверно, лет пять не отмечал Новый год дома, поэтому очень рад был провести время с родными, всех увидеть. Я же лет с шестнадцати дома не живу… Так что очень круто, очень рад, что получилось приехать домой.

— Просто так получалось, что давали мало выходных, и не было смысла приезжать домой на какие-то полтора дня, а тут три дня целых провел дома.

— Просто с семьей побыл, это самое важное было. Родители не молодеют, ты их мало видишь, надо больше времени проводить с ними.

— (задумался) Там летом красиво, вот если бы кто-то приехал ко мне – я бы пошел с ним в парк «Гилевская роща». Там погулял бы. А потом обязательно, конечно же, посетил бы источники, особенно зимой. Ну, а потом к себе домой (улыбнулся). Потому что я обычно провожу время или в квартире, или на стадионе.

— Правда круто! Особенно, когда на улице минус. Ты идешь из раздевалки по улице в шортах, замерзаешь за это время сильно, а потом окунаешься в теплую воду – прям очень-очень круто. Потом, правда, еще два дня надо отходить после них. Эффект от такой бани расслабляет надолго. Поэтому между играми не получается сходить, к сожалению. Потому что потом на игре будешь никакущий. Но там очень круто, это прям главная достопримечательность Тюмени. Ну, после хоккейного клуба «Рубин».

— Ну, во-первых, размер площадки изменился. У нас была большая площадка, почти как футбольное поле, а сейчас маленькая, финская. От этого, я думаю, игра команды поменялась немножко. Ну, как изменилась – все быстрей стало. Во-вторых, провели косметический ремонт, сиденья поменяли, еще что-то, и стало более цивилизованно, более современно. Главный фактор – то, что площадка меньше стала. Динамичней игра становится, я думаю, и для зрителей интереснее смотреть хоккей на маленьких площадках, потому что игра быстрей, больше силовой борьбы, ну и больше голов из-за этого.

— Да если бы даже на своем льду играли, все равно из-за карантина зрителей бы не было. А так… Играть в таком дворце – это все равно что-то необычное в твоей карьере. Не всегда же играть на хороших стадионах (улыбнулся). Блин, да, конечно, с одной стороны – плохо, неудобно было, все как-то не по-профессиональному, с другой – необычно, такой экспириенс прикольный.

— Мы тоже так шутили. Ну, прикольно, я говорю, необычно провести сезон на таком дворце.

— Да, в основном телеграм-каналы.

— Ха, да каждый день что-то впечатляет. Реально очень много новостей хоккейных… Непонятная вся эта ситуация с Олимпиадой, чемпионат КХЛ остановили, и неизвестно, как они будут продолжать играть или не продолжать. Вот прям каждый день просыпаешься, открываешь новости – что там опять, что как они решат… Потом, в НХЛ наши ребята какие-то чудеса творят, Саша Овечкин… Тоже просто поражаешься каждый день.

— Точно нет, паузы не будет. В ВХЛ с ковидом все нормально. Мы привиты, иммунитет сильный.

— Нам вообще нельзя было никуда выходить из квартир, мы полностью соблюдали все правила, прям как порядочные законопослушные люди, правда сидели, потом пришлось набирать форму. Было так «невкусно», можно сказать.

— «Северная Звезда», Москва. Не скажу, что там прям жесткое что-то было, просто тяжелые сборы, физически сложно. Думаю, ты наслышана, что русские тренеры любят погонять на сборах? Вот. Так что две недели дома сидеть – это не тяжелое испытание.

— Тут двояко все это. Конечно, это ненормально сто процентов. Не должно быть такого, чтобы эмоции брали верх над разумом. Пинать – сто процентов ненормально. Где-то жестко сказать – это допустимая норма. Пинать – нет.

— Блин, я в детстве прошел через все это. Были такие моменты. Тут просто все очень двояко. Тренер должен понимать, какой это ребенок. Если ты с ребенком в хороших отношениях, у тебя есть хороший контакт с ним как у тренера, ты знаешь его маму, его папу, и вы нормально общаетесь с ребенком, у вас нет никаких контр – и ты его по жопе шлепнул клюшкой, «едь быстрее», не сильно, просто так – это нормально. А если ты специально хочешь сделать, чтоб ему больно было – это точно нет.

— Я точно не буду лезть в это. Если они захотят – то только скажу: «вперед». А если нет – то нет. Пройдя сам через все… Я же с трех лет на коньках. И я понимаю, что ты по сути всю жизнь отдаешь этому и много чего пропускаешь. Очень много. Жизнь проходит, а ты только одному делу посвящаешь себя. И я не буду давить на ребенка, чтобы он тоже прошел через это. Если он сам захочет – то да.

— Фильмы-то – просто захожу на Нетфликс или на Кинопоиск, и что попадется, смотрю, особых предпочтений нет. А музыку слушаю – как бы странно ни звучало, люблю какой-нибудь рок 80-х, 90-х.

— Очень много, начиная даже с 60х. Фрэнк Синатра, Дэвид Боуи, Queen, Род Стюарт, Whitesnake. Не знаю, почему, очень нравится.

— У нас Никита Мокин отвечает за музыку. Ставит то, что ему нравится.

— Ну, просто я бы слушал другое немножко. У всех разные музыкальные вкусы. Он ставит, наверно, то, что более-менее нравится всем. Какие-нибудь молодежные новые хиты. Я даже, если честно, не знаю, как эти группы называются. Моргенштерны какие-то там, я не знаю. Мне все равно, я в машине еду на игру – включаю там свои треки. А если в раздевалке играет что-то не очень – я могу наушники надеть и послушать свою музыку.